Код доступа с Юлией Латыниной.(Окончание)

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер, Юлия Латынина, «Код доступа». 9859704545. Последняя новость, которую активно обсуждает Москва – правду или неправду сказал господин Бородин, бывший глава «Банка Москвы», в своем интервью, что Юсуфов в сделке по акциям «Банка Москвы» действовал и представлялся, как «кошелек» нашего дорого президента Дмитрия Анатольевича Медведева. Трудно сказать, правда это или неправда. Моя личная точка зрения, что это неправда, что Юсуфов, конечно, представлялся, но мало ли кем он мог представляться. 16 ноября власти соседней с нами республики Литвы ввели управление в банке, который называется «Сноррос». Они считают, что с банком случилось ровно то же самое, что с «Банком Москвы», то есть, сознательно вывели активы из банка. Господина Владимира Антонова, который совладелец этого банка, российский бизнесмен, объявили в розыск, задержан он, кстати, был в Лондоне, освобожден под залог вчера.
 
Я не буду говорить долго о господине Антонове, потому что личности этих двух замечательных персонажей, отца и сына, Владимира и Александра, посвящена моя колонка в «Газете.ру», которая сейчас как раз на «Газете.ру» висит, отсылаю к ней всех желающих. Должна только сказать, что за деятельностью этих двух господ я давно слежу с неослабевающим любопытством. Я была совершенно потрясена, что латвийские власти до сих пор не расследовали деятельность банка «Сноррос», я была полностью ошарашена, когда шведы продали господам Антоновым «Сааб». Я сильно подозреваю, что с «Саабом» случится то же самое, что со «Снорросом». Причем шведы продали Антоновым «Сааб» уже после того, как в Антонова-отца стреляли, стреляли те же самые ребята, которые убили Халида и Ямадаева. Насколько я понимаю, предыстория там заключалась в том, что некоторые финансовые партнеры Антонова обратились за помощью к Рамзану Кадырову (неразб.), после чего и случилась стрельба. И после всего этого шведы продают этим людям «Сааб». Но это ладно, это вечная проблема бюрократии, которая, как сказал мне один умный человек, никогда не действует, она всегда реагирует. Бюрократия никогда не думает вперед, она всегда реагирует. Ни литовские власти, ни шведские власти не разбирались в господах Антоновых. Те соответствовали некоторым формальным критериям, представили какие-то бумажки – хорошо, это им все продали.
 
Я не об этом. Я о том, что, когда иностранная бюрократия, европейская, при всех ее недостатках, она хотя бы реагирует. А вот наша бюрократия является псевдобюрократией, имитацией бюрократии. И точно так же, как у нас имитация демократии, точно так же у нас имитация бюрократии. Очень интересно сравнить, я, собственно, этим в своей колонке в «Газете.ру» и занимаюсь, сравниваю то, что происходит вокруг Бородина и то, что происходит вокруг Антонова. Потому что господин Антонов, когда у него хлопнули банк, тоже разразился словами о том, что это политические преследования, что проклятые литовские власти выполняют заказ скандинавских банков. Подведомственная господину Антонову газета, он покупал какие-то литовские медиа, рассказала, что это по заказу американских спецслужб, потому что американские спецслужбы услышали, что через этот банк финансируется иранская ядерная программа. Господина Антонова задержали в Лондоне и, скорее всего, выдадут Литве. Я очень надеюсь, что его выдадут Литве, чтобы была ясна разница между запросами из Литвы и запросами из России. Власти 16 ноября национализировали банк и отдали его нормальному международному управляющему. Не возникает вопроса, почему они это сделали – потому что в банке образовалась дырка. И никто не подозревает литовского премьера, никто не обсуждает вопрос, каким образом, не покупал ли литовский премьер в своих интересах акции банка и не поучаствовал ли он в выводе активов. Эти вопросы просто находятся за гранью здравого смысла. А вот относительно «Банка Москвы» эти вопросы обсуждаются. Это показывает разницу между бюрократией, которая решает проблемы… это плохо, что она их создала, плохо, что она их не увидела… и бюрократией, которая пользуется создавшейся проблемой, в данном случае «Банком Москвы», для наворачивания на нее каких-то своих дел. 9859704545. Еще у меня тут много вопросов по поводу моей тяжбы с господином Махмедовым, этот товарищ, которого я назвала ухтинским цапком и обвинила в поджоге пассажа в городе Ухте в 2005 году, напомню, там сгорели 25 человек. Я сейчас практически ничего не буду говорить об этой тяжбе, я сначала хочу закончить все эти дела в суде.
 
Меня в этой истории больше всего вот что смущает, как я уже говорила – насколько легко я, в данном случае приятно сказать «мы», в том числе и я, насколько легко мы введемся на общее создавшееся общественное мнение и насколько легко нескольким недобросовестным людям это общественное мнение создать. Эта история с господином Махмудовым, когда два года назад я рассказывала о том, что вы знаете со слов следователя Чекалина, который был из каждого утюга, что дело полностью фальсифицировано, что все показания выбиты пытками, что, оказывается, это кровавые менты у честного бизнесмена Махмудова хотят отнять бизнес. А вот стоит только поскрести, просто залезть в Интернет, и ты видишь, что тот же самый честный следователь Чекалин рассказывает в записанных ими же самими частных разговорах со следователями, что прокурор Махмудова не любит, потому что однажды Махмудов избил его ногами. Нормально – честный бизнесмен избил прокурора ногами.
 
Где же это у нас в России такие честные бизнесмены водятся? Или смотришь, а другой защитник господина Махмудова, бывший глава УФСБ по республике Коми господин Пеюков говорит, что много было желающих списать на дагестанскую группировку всевозможные грехи. Как? Так честный бизнесмен или дагестанская группировка? Первый бастион уже рушится. Смотришь, тебе говорят – да что вы, все показания фальсифицированы, все свидетельства выбиты пытками. Открываешь приговор, бац, а там видео, на которое были записаны поджигатели, видео записано было магазином, принадлежащим Махмудову, потому что он находился рядом с местом пожара, и эта пленка была стерта, причем после того, как ее посмотрело несколько ментов. Причем один из этих ментов – начальник криминальной милиции господин Краснов, он там постоянно в застольях участвовал вместе с господином Махмудовым. Это только одна деталь, после которой ты видишь, что то, что тебе рассказывали не имело, мягко говоря, отношения даже к тем фактам, которые установлены судами.
 
И вот другая очень для меня тяжелая история, то есть, неприятная история, случилась ровно две недели назад. Шум у нас поднялся по поводу предпринимательницы Натальи Гулевич, которую отказался освободить суд за сто миллионов рублей, которая сидит за мошенничество. Я тоже по доброте душевной решила в нем поучаствовать. Я, кстати, если вы заметили, не добрый человек, я редко присоединяюсь к общим кампаниям в чью-то защиту. Скажем даже так, наоборот, я, как правило, злобствую по поводу этих кампаний. Каким-то удивительным образом, уж если ты присоединяешься к кампании в защиту, то потом оказывается, что лучше бы было промолчать и не присоединяться. Госпожа Наталья Гулевич, которая действительно бедная-несчастная, у которой отказал мочевой пузырь, и которая действительно в 2005 году взяла у Номосбанка кредит под залог здания. Только потом госпожа Наталья Гулевич под залог этого же самого здания взяла еще один кредит у еще одного банка, который называется, кажется, если я не ошибаюсь, Федеральный банк… как же этот замечательный банк-то называется? Меня совершенно потрясло, как он называется, если честно. Федеральный банк Ближнего Востока, цитирую по памяти, если ошибусь, виновата. Находится он на Кипре. Потом под это же здание был взят еще один кредит еще в одной компании. Потом Европейский банк реконструкции и развития выдал кредит, правда, не под залог этого здания, группе компаний «Статус» под обеспечение всем ее имуществом, то есть, в том числе и этим зданием. Еще вдобавок вся бодяга началась с того, что бедный Номосбанк посмотрел, как идут платежи по кредиту, они стали идти плохо, и обнаружил, что платежи должны были идти за счет тех средств, которые платили арендаторы помещений в этом здании, и обнаружил, что какие-то арендаторы какие-то очень маленькие суммы платят. Видимо, все понятно с этими кредитами. Это я говорю только часть приключений группы компаний «Статус», которая одно и то же здание заложила несколько раз.
 
Я еще буду расследовать эту историю дальше, я еще хочу продолжать дальше встречаться с людьми, потому что у меня не все истории. Хочу встретиться с руководством Номосбанка, потому что мне еще не все детали этой истории ясны, но вот что меня привлекло в этой истории. Внимание. Первое – госпожа Наталья Гулевич не является главной во всей этой аферистичной схеме. Главным является человек, который находится за границей, который является реальным хозяином группы компаний «Статус», которого зовут Александр Глуховской. Он тоже находится в международном розыске по не связанному с этим делу, это очень известный рейдер. Госпожа Наталья Гулевич не дает показаний против Александра Глуховского. Есть другой соучастник всей этой истории, господин Глебов, который по другому уголовному делу, насколько я понимаю, дал показания против Глуховского и был отпущен домой. Это я почему? Госпожа Гулевич очень больна действительно. Но, судя по всему, как я поняла, следствие не отпускает ее домой, потому что она не дает показаний на организатора аферы. Стало быть, мягко говоря, это ее выбор. Я не знаю, какие мотивы двигают госпожой Гулевич, может быть, самые благородные. Может быть, она очень предана хозяину. Но господин Глуховской, судя по всему, не та фигура, которую неприлично сдавать. Это вам не Ходорковский. И что же делать следствию в такой ситуации, потому что я не представляю себе, что бы делало совершенно нормальное, американское следствие. Вот у тебя больной человек, но он не хочет сотрудничать со следствием. Сотрудничество и несотрудничество со следствием во всем мире поощряется и не поощряется одинаково. Это первое. И второе: вот эти сто миллионов залога - совершенно издевательская сумма. Что, я себе представляю, произошло? Это мое личное предположение. У нас все уголовные дела такого рода делаются примерно так – надо заплатить некую сумму за инициацию дела, потому что эти ребята не повернутся без денег, надо предоставить им данные экономического расследования, потому что менты не способны на самостоятельное расследование, они способны только деньги брать. Но после этого ты не очень контролируешь ход следствия, потому что менты начинают пастись на этом лужке сами. То есть, ты дал им какой-то задаток за то, чтобы они занялись интересующим тебя объектом, а после этого все остальное они берут уже с этого объекта.
 
И я так себе представляю, что, учитывая, что это группа компаний, у нее могут быть какие-то большие активы или, что скорее всего, у ментов существует преувеличенное представление о том, какие у нее активы, что люди, которые всем этим занимаются, они хотят с Натальи Гулевич денег. Подчеркиваю – это мое предположение. И отсюда вот эта безумная сумма залога. Видимо, это не очень приличные люди, мне бы не очень хотелось с ними общаться. Но я пытаюсь понять, как тот факт, что это не очень приличные люди, отменяет другой факт, что Наталья Гулевич является человеком, который технически несколько раз одно и то же здание закладывал самым разным компаниям, самым разным банкам. Это я, к сожалению, говорю о себе, потому что я вынуждена извиняться перед Номосбанком за то, что я сказала о нем обидные слова, за то, что я его сравнила с (неразб.) банком, перед которым я никогда извиняться не буду, о котором я еще много и хорошо буду говорить. Потому что Номосбанк действовал так, как ему надо действовать. Это очень опасная история, которая заключается в том, что все большее Интернет приобретает значение в нашей жизни, в Интернете все легче организовать массовые кампании в чью-то защиту. К сожалению, организаторы массовых кампаний в чью-то защиту, они, как бы вам сказать, уж совсем не стесняясь лгут. Они передергивают факты так, как не снилось никогда никакому платному листку. Единственное, в чем я могу упрекнуть в этой истории Номосбанк – что он тихо отмалчивался и не представлял свою точку зрения. В Интернете господствовала единственная точка зрения защитников Натальи Гулевич, которые нам рассказывали о том, что бедная женщина взяла кредит, почти весь кредит выплатили, и тут здание отняли, ввели вооруженную охрану, ах, ужас, ужас. Ужас, но немножко другой. 9859704545.
 
Еще одна история, о которой я хотела бы поговорить, не уверена, что у меня хватит времени, это история о том, что, в связи с происходящими переменами, насколько устойчив режим. Я бы хотела назвать несколько факторов, способствующих стабильности режима. Перечислю их в порядке важности. Во-первых, это цена на нефть. Понятно, что ценой на нефть можно заткнуть любые дыры. Российская экономика – это ответ на вопрос, можно ли носить воду в решете. Можно, если количество воды, которая попадает в решето сверху, больше, чем количество воды, которая вытекает из него снизу. Мысли насчет стабильности режима, пока цена на нефть сохраняется, я проиллюстрирую очень простым следующим примером. В Европе в 1640-х годах вспыхнуло сразу шесть революций, помимо Англии, Неаполь, Каталония, Португалия, Фронда во Франции. В 1644 году началось крестьянское восстание, которое… вернее, в 1644 году после кровопролитного крестьянского восстания, за которым последовало вторжение маньчжуров, пала династия Мин. В учебниках истории всегда можно прочесть, что все эти революции случились от непомерных налогов, от глупости Карла Первого. Без сомнения, это так, но сороковые годы 17 века очень хорошо известны астрофизикам. Это так называемый «минимум Маунтера», это годы резкого улучшения солнечной активности, как следствие, резкого похолодания. Налоги и глупость правителей, это все правда, но люди бы стерпели, видимо, и налоги, и глупость, если бы просто не перемена климата. И вот падение цены на нефть для России – то же, что похолодание для середины 17 века. Пока нефть не упадет, не упадет и режим.
 
Второй фактор стабильности – это отсутствие молодежи. Я просто напомню, что средний возраст мужчины в России сейчас составляет 38 лет, притом, что средняя продолжительность жизни 58 лет. Для сравнения, в Египте, к вопросу об «арабской весне», средний возраст населения 24 с половиной года, в Ливии то же самое, в Палестине 18 лет при средней продолжительности жизни, кстати, 73 года. Кстати, в Чечне и в Дагестане средний возраст населения 27 и 28 лет, и, соответственно, республики очень неспокойные. Третий стабильный фактор – это свобода эмиграции, потому что, в отличие от тоталитарных стран, которые, если не истребляли самых одаренных особей, то пытались их заставить работать на себя, то страны-паразиты как раз поощряют эмиграцию людей, склонных к свободе и независимости. Еще один фактор стабильности – это, конечно, то, что гражданам постоянно дают понять, что протест – это не способ решить любую проблему. Уже упоминаемый мной синдром Химкинского леса, когда, если граждане протестуют, то дорогу надо строить, лучший тому пример. Вот это все факторы, которые стабилизируют ситуацию. Но есть факторы, которые ситуацию дестабилизируют. Это, прежде всего, то, что коррупция настолько вышла из-под контроля, что режим теряет возможность контролировать страну в самом прямом смысле слова, потому что… возьмем историю с Олимпиадой в Сочи. Понятно, что там что-то построят и то, что построят, назовут олимпийским строительством. Но технология всего этого дела заключается в том, что такое количество чиновников требует такое количество денег, что любой бизнесмен, если будет платить эти деньги, проект станет нерентабельным. А любой бизнесмен, если часть денег не заплатит, попытается обойтись одним чиновником, то другой просто из зависти разрушит бизнес.
 
Вторая растущая проблема – это национализм, причем как русский, так и кавказский. Третья растущая проблема – это Интернет, о котором я уже говорила. Еще одна растущая проблема – фактор общественного мнения, потому что в России становится модно презирать режим. У нас теперь уже в глянцевых журналах, которые по определению предназначены для состоятельных господ, тонкое издевательство над Кремлем становится массовым, то есть, та же самая аудитория, которая потребляет рекламу (неразб.), потребляет критику Кремля. И если экономически ситуация скорее сравнима с годами позднего Брежнева, то интеллектуально она похожа на 1989 год, когда режим критиковали везде, кроме телевидения. Еще одной характерной частью нестабильности является полное отсутствие защитников. Это очень важно, потому что (неразб.), Ахмадинеджад опирается на стражей революции, Каддафи опирался на людей своего племени. А вот та прослойка выходцев из ФСБ, на которую опирается режим, она достаточно многочисленна, чтобы обворовать всю Россию, но я не думаю, что она достаточно сильна и мотивирована, чтобы сохранить режим в случае реальных беспорядков. Силовики, на которых опирается режим, они являются пользователями режима, но они не являются его опорой.
 
Я обращаю ваше внимание на совершенно потрясающую историю с невставанием, в том числе и партии «Справедливая Россия», когда Путин появился в Думе. Тоже ситуация, которую невозможно представить себе несколько месяцев назад. В сущности, кто такой Сергей Миронов? Это же человек, которого сделал Путин из политического небытия. И это поразительно, что люди, которые сделаны Путиным из политического небытия – Сергей Миронов, или Виктор Черкесов, который тут у нас тоже вдруг начал давать интервью – их отстраняют, они принимаются тоже ругать режим. Когда ОМОН разгоняет демонстрации, и попутно по приказу начальства что-то крышует, причем все это вынужден отдавать начальству, и начальство ненавидит, потому что начальство берет больше, да, демонстрацию из ста человек они будут разгонять, из двухсот – да, а из десяти тысяч – уже нет. Я обращаю внимание, что реальной силовой опоры у режима нету. Люди готовы воровать именем Путина, но умирать за Путина я не думаю, что они готовы. Вот если посмотреть на все эти факторы, то мы видим, что факторы стабильности существуют невозбранно в течение всех последних 11 лет, а факторы нестабильности возрастают очень резко. И в какой-то момент одна линия пересечет другую. Я, конечно, обращаю внимание всех присутствующих, что то, что случилось 24 сентября, когда на съезде «Единой России» Медведев передал власть Путину, фактически это означает, что смена режима мирным путем отныне в России невозможна. Перерыв… ой, простите, ради бога. До следующей встречи через неделю.
http://www.echo.msk.ru/programs/code/833594-echo/#video