Код доступа с Юлией Латыниной.(Окончание)

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа», новости из российских судов. Алексей Навальный выиграл иск у единоросса, честно говоря, которого я все время пытаюсь запомнить, но имя им – легион. Короче говоря, Навальный назвал партию «Единая Россия» Партией жуликов и воров, и иск выиграл, так что мы теперь всегда этих ребят можем называть «Партией жуликов и воров».
 
А вот газета «Коммерсантъ» и Чулпан Хаматова, наоборот, на 2 рубля аж проиграла иск фонду «Федерация». Я напомню, что Чулпан Хаматова назвала правление «Федерации», состоящее из каких-то сомнительных людей. Ну, я совершенно понимаю суд и совершенно понимаю фонд «Федерация». Для меня фонд «Федерация» - совершенно несомненная история. Ничего сомнительного в ней нет: все ясно, все у них на лбу написано. И я надеюсь, что проигрыш этого иска только побудит журналистов еще больше обращать внимание на деятельность замечательного фонда «Федерация» и его главы, который накануне концерта в пользу бедных говорит, что «мы все деньги раздадим больным детям еще до того, как произойдет концерт», а после концерта говорит: «Вообще денег никаких не было».
 
Ну и, конечно, еще новость недели в суде – это то, что Полонский теперь уже и в Лондоне подал в суд на Лебедева. Ну, наверное, в следующий раз Полонский подаст... Как там? В ООН? И как там вообще было в песенке у Высоцкого? «Мы напишем в Спортлото».
 
Да, о моих собственных судах. Очень коротко. Напоминаю, что адвокаты Фарида Махмудова, обвиняемого в поджоге «Пассажа» в городе Ухте в 2005 году, подали на меня иск в Пресненский суд, причем до сих пор у меня нет ни повестки (и у «Эха»), нет иска. То есть вообще сложилась беспрецедентная скандальная ситуация: вот, иска до сих пор нет, адвокаты Махмудова публикуют информацию о своем иске в СМИ республики Коми, о дате и времени нас извещают не через повестки, а через блог некоего адвоката Рыбалова, трансляция которого в ЖЖ составляет по данным Яндекса 11 человек. Ну, не совсем понятно, какое представление этот человек имеет о системе правосудия, если считает, что блог с аудиторией в 11 человек может заменить процедуру официального вручения иска. И с учетом того, что в гражданском иске обязанности уведомления ответчиков лежат в первую очередь на истце, а не на суде, ну, это просто выходит за рамки.
 
И я, собственно, обещаю, чтобы не полемизировать всуе, я, собственно, готова полемизировать с адвокатом Рыбаловым на «Эхе Москвы» в программе «Клинч» - они в споре со мной могут высказать любую точку зрения. В конце концов, в свое время вся эта история началась с того, что ко мне пришел некий адвокат Кулиев и, подмигивая, причмокивая, объяснял, что Махмудов невиновен, что злые менты хотят отобрать у честного бизнесмена бизнес, и, вот, как бы донести эту точку до широких масс населения? Пожалуйста, ребята, адвокаты Рыбалов, Кулиев, приходите, доносите – мы с вами поспорим. Если боитесь, можете послать любого другого защитника Фарида Махмудова. Я видела, что их защищала часть правозащитников – там Лев Пономарев выступал в защиту прокурора Чекалина и милиционера Евсеева, защищавших Махмудова. Пожалуйста, я готова полемизировать с Пономаревым.
 
Еще одна маленькая вещь, о которой по поводу этого суда, которую я вынуждена рассказать. Прошу прощения, что я, действительно, трачу служебное время в личных целях. Но это такая, очень опасная ситуация.
 
Есть некий человек по фамилии Юрий Титов. С этим человеком встречалась я раза 3 в жизни. Один раз лет 14 назад, когда по его рассказам о торговле алюминием я сделала, кстати, замечательный, признаться, репортаж в «Эксперте». Другой – не помню – то ли 6, то ли 7 лет назад пришел ко мне, начал жаловаться на личную жизнь, ну, минут 20 жаловался, сколько было позволено. И третий раз в прошлую субботу, когда он напросился на встречу, и вдруг рассказал мне о своих грандиозных планах создать Комитет по голосованию всех против всех, в члены Комитета пригласить вора в законе Огонька, Юрия Лужкова, Прохорова, националистов, демократов и даже Суркова, который, цитирую, «тоже это поддержит».
 
Собственно, не помню, планировал ли он приглашать кого-то с Альдебарана, но помню, что боялся, что ему подбросят наркотики. На этом, собственно, мы расстались, потому что, ну, понятно было, что человек не вполне адекватен. Я сказала, что «знаете, у меня суд». Собственно, наше общение продолжалось, потому что он проводил меня до машины, а я его подвезла до метро. Ну, мы расстались и он уехал. У нас была в пятницу очень неприятная ситуация, которая, как я уже сказала, заключалась в том, что мы не получали ни повесток, ни иска. Мы с трудом отыскали на блоге адвоката Рыбалова, благодаря человеку, который ведет мое собственное сообщество в ЖЖ, господину Колокольцеву, тот факт, что заседание суда будет в 15:40 в понедельник. Времени не было что-то делать. Я сказала, естественно, что буду на заседании, потому что другого варианта у нас как-то не оставалось. Но случилось чудо: в воскресенье Венедиктов сумел дозвониться до суда. Услышав, естественно, там, что там нет ни иска, ни повесток, ничего, судья сказала, что отложит иск, что, собственно, и должно было произойти в понедельник. И в понедельник происходит вещь, которую, действительно, невозможно предсказать. Вот этот вот Титов, недообщавшись, приходит в суд, желая пообщаться, видимо. Когда меня не увидел, то стал объяснять, что он не может до меня дозвониться и «я стою в пробке» (цитирую). Что это, я не знаю, но этот человек меня представляет в такой же мере, как он представляет там Лужкова и звезду Альдебаран.
 
Значит, после этого, естественно, не предъявляя никаких документов о том, что он представляет Латынину или «Эхо Москвы», этот человек получает повестки и с этими повестками этот человек начинает обхаживать моих знакомых, в частности, Александра Рыклина из Еж.ру, Александра Осовцова, члена Политсовета «Солидарности», и эти повестки он демонстрирует как доказательство своей связи с «Эхо Москвы» и Юлией Латыниной.
 
Вы будете смеяться: когда мы стали разбираться в вопросе, выяснилось, что он представлялся помощником Каспарова еще много месяцев назад, пардон, моим несостоявшимся женихом. Причем, ну, не совсем я понимаю, каким образом суд мог передать повестки человеку, который не представлял ни малейших документов, свидетельствовавших о том, что он имеет какое-то отношение к «Эху» или ко мне. Но должна признать, что да, люди такого сорта, они при поверхностном знакомстве бывают крайне убедительными, и я, вот, сама минуту всерьез размышляла над идеей альтернативных избиркомов, которые будут организованы в каждом кафе. И только уже когда услышала, что в них будет участвовать Лужков... А там у товарища Титова мысль меняется с каждой минутой, и Осовцову он уже сказал, что в них будет участвовать Лукашенко.
 
Да. Вот случилась такая история, которую... Ну, что можно сказать? Ну, несчастная случайность, но просто я вынуждена ее рассказать, лишний раз подтвердив, что господин Титов, который мошенническим, мягко говоря, образом получил повестки, явился в суд, не имеет никакого отношения ни к «Эху Москвы», ни ко мне. И вообще, господа в демократическом движении, если он еще раз будет представляться женихом Юлии Латыниной... Ну, скажем так, у всех есть свои сталкеры.
 
+7 985 970-45-45. И рано или поздно все истории такого рода выплывают наружу. Вот, эта выплыла, скорее, комическим образом. Хотя, у меня большинство таких историй, я просто их публично не рассказываю – они есть, ну что делать? Ну вот это случилось так.
 
Много мне вопросов по поводу финансовых протестов Уолл-Стрит и 150 тысяч человек, которые вышли сейчас на улицы Рима. Вообще, в своем роде замечательно. Вот то, что кредитный рейтинг Италии снижен, никто особо даже не обратил внимания, никто не протестовал. А, вот, типа против капитализма давайте попротестуем.
 
Вы знаете, с тех пор, как случился финансовый кризис, вышло довольно много книжек о том, почему он случился – их можно легко прочесть. Я рекомендую всем книгу Майкла Льюиса «The big shot», по-моему, одну из лучших на эту тему. Это тот человек, который написал перед этим «Liar's Poker» («Покер лжеца»). И, вот, когда читаешь «The big shot» и другие книжки, то есть одна поразительная история, которая заключается в том, что «The big shot» – это вообще книжка о людях, которые заработали на крахе, потому что они просто анализировали финансовые документы и понимали, что все это рухнет. И они играли против рынка. И самое сложное для этих людей было убедить других людей дать им деньги, потому что другие люди все говорили: «Ну как же? Если Merrill Lynch и если все американские финансисты считают, что все это замечательно, то как же это может рухнуть?» Причем, самое смешное, что все эти люди, которые играли против рынка, они были со странностями, и у одного был даже синдром Аспергера. Это не совсем человек-шизофреник, но этот человек обладает способностью тупо много часов заниматься вещами, которые больше никого не будут интересовать. Например, этот читал проспекты эмиссий. И он просто тупо читал и понимал, что эмиссии настолько ненадежных облигаций рано или поздно кончатся бедой.
 
И вот во всех книжках по финансовому кризису удивительно то, что ты видишь, какое большое количество людей было вовлечено в эту иллюзию. Причем, все эти люди были финансисты. Более того, они были главами крупнейших инвестиционных банков. И даже если среди них было некоторое число мошенников, например, брокеров, которые понимали, что рано или поздно пузырь лопнет, то понятно, что те люди, которые потом стрелялись и выбрасывались из окон, ну, они-то были точно не мошенники – они-то теряли все. Они-то теряли свои банки.
 
И это такая история, с одной стороны, кажется, о том, что миром правят не реальности, а иллюзии. Вот даже в финансовом мире, где люди, казалось бы, считают деньги, если глава одного банка говорит, что все нормально, то, например, аналитики и эксперты, и оценщики Moody's и Standard & Poor's, частных, казалось бы, агентств боятся оценивать облигации столько, сколько они стоят, потому что считается, что они должны стоить гораздо дороже.
 
А с другой стороны, через несколько мгновений понимаешь очень важную вещь. Первая вещь заключается в том, что финансовый мир таков, что в нем реальность всегда проявит себя, что и не надо никаких механизмов регуляции, потому что лопанье мыльного пузыря и было этим механизмом регуляции. Ничего страшного: надулось, лопнуло, отрегулировалось.
 
Второе, никаких механизмов регуляции, в принципе, невозможно, потому что, как я уже сказала, весь пузырь держался на том, что все вместе люди думали, что это хорошо. И согласитесь: если эксперт, оценивавший бросовые облигации в Moody's, считал, что они стоят дорого, в частной конторе, то каким образом вы изобретете такую государственную контору, которая будет работать лучше, чем Moody's? Она по определению работать будет только хуже. И вот это очень важный момент, что, во-первых, не нужно никакой системы регулирования. Финансовый рынок, действительно, регулирует себя сам. Другое дело, дальше немножко больно падать, но, знаете, это гораздо лучше, чем витать в облаках до бесконечности.
 
Вторая история заключается в том, что, казалось бы, даже в таком мире, где все проверяется на деньги, представления людей о том, что есть хорошо и что плохо, они зависят от представлений сообщества. Если все говорят, что это хорошо, то это как-то неприлично бегать с проспектом эмиссий и говорить «Ну, смотрите, ребята. Вот вы навыдавали займов танцовщицам стриптиза, иммигрантам, неграм. Вот, понимаете, девушка из стриптиза в баре танцует у стойки, вот у нее 5 квартир, все заложены, и как вы думаете, что произойдет, если цена недвижимости пойдет вниз? Может ли девушка выплатить эти кредиты?»
 
Но это первая история – это история про то, что финансовый рынок регулирует себя сам. А почему он регулирует себя сам? Потому что в отличие от государства в нем нет механизмов насилия, в нем нет того человека, который скажет «Не, стойте! Вот эти облигации стоят столько-то. А если вы это перестанете утверждать, то вы там подлежите расстрелу как государственный преступник».
 
Есть второй вид конструкции, который держится на общественном согласии, на убеждении о том, что это хорошо. Это как раз государство. Причем, не просто государство, а я имею в виду государство тоталитарного типа. Ну, такие как было и у нас, такие, когда всем объясняют, что все вокруг хорошо, что мы строим социализм, что на Западе живут хуже. И если человек подвергает это общеизвестное утверждение вопросу, то с ним что-то делают в отличие от финансового рынка. Но я опять же также хочу заметить, что рано или поздно разница между реальностью и воображением, в котором живет все государство, становится слишком большая, и, несмотря на механизмы насилия, все дело рухается. Что и произошло с Советским Союзом.
 
А есть, к сожалению, третий тип иллюзии, который не меняется ни с помощью финансовых кризисов, ни с помощью революций. К такому типу иллюзии, например, относятся общественная идеология, которая утверждает что-нибудь типа: «Вы знаете, они живут хорошо, мы живем плохо, и поэтому они – сволочи» или «Неверные живут хорошо, мы, истинные мусульмане живем плохо, и поэтому неверные – сволочи». Поскольку такая идеология документально подтверждается, то есть нету разницы между иллюзией и реальностью, а она отвечает одновременно и внешним наблюдаемым признакам, и психологическим комплексам в душе человека, то такая иллюзия, видимо, способна существовать гораздо дольше, чем мыльный пузырь на Уолл-Стрит и чем даже тоталитарное государство.
 
Другой разновидностью такой иллюзии, опять же, являются совершенно вполне, казалось бы, либеральные идеологии. Например, история с глобальным потеплением. Вот тоже считается, что прилично верить в глобальное потепление, причем это не так небезопасно в него не верить. Человек, который начинает задавать элементарные вопросы, ну, человек, который, например, скажет «Ребята, одну секундочку. Но, вот, вы говорите, что CO2 уровень в атмосфере повышается, а вообще-то откуда CO2 берется в атмосфере? Он берется из ископаемых. А откуда он взялся в ископаемых? Он взялся из атмосферы. Ну, простите, там в Ордовике или в Кембрии количество CO2 в атмосфере было в 12 или в 7 раз больше нынешнего. И как-то никто не помер, земля не вскипела, не превратилась в Венеру, как вы нас пугаете. Ну, что ж вы говорите-то? Да, скорее те самые полезные ископаемые являются продуктом экологической катастрофы, являются продуктом того, что на Земле была гигантская зеленая масса, Земля была гораздо более зеленая, чем сейчас, которую Земля не смогла переварить и, вот, все это осело мертвым грузом. И сейчас мы возвращаем в атмосферу CO2, которого, между прочим... Растения генетические запрограммировано на большее количество CO2 в атмосфере и растут они при этом лучше».
 
Так вот, когда человека начинает занимать этот вопрос или десятки других, то, ведь, ему на эти вопросы не отвечают – его просто увольняют со всех научных постов. Более того, когда вдруг вылезает переписка ученых-климатологов, из которой выясняется, что это все не безобидная организация, что научная травля устраивается совершенно намеренно, что данные скрываются совершенно намеренно, вдруг оказывается, что никаким образом позиции климатократии это дело не поменяло. Это очень интересный момент, потому что, да, там существует мягкая структура, там нет революции, которая эту структуру может разрушить.
 
Примерно то же самое происходит с социал-демократией в Европе. Европа, разумеется, живет там значительно лучше, чем большинство стран мира в нынешнее время, и какие-либо страны мира в какой-либо период существования человечества. Но у Европы серьезные проблемы. Серьезные проблемы, связанные с падением кредитного рейтинга, серьезные проблемы. связанные с тем, что тема социальных гарантий начинает висеть мертвым грузом на европейских государствах, серьезные проблемы с тем, что люди, которые инвестируют, скорее, будут инвестировать в развивающие страны, чем, например, в Италию – в Италию никто не инвестирует кроме итальянцев (слишком высокие налоги, слишком запутанные суды, слишком защищенная система для рабочей силы и так далее, и так далее). И мы видим парадоксально, что именно благодаря тому, что страны являются демократическими и что в них, действительно, нет никаких революций (и не надо, потому что к власти приходит ровно то правительство, которое избрано большинством народа), что, оказывается, очень трудно народу объяснить, что «ребят, надо пересматривать систему». Система, в которой вам обещают, что вы будете работать все меньше, а получать вы будете все больше, она не работает. Она кончится очень плохо.
 
Вот это несколько таких маленьких историй про то, что миром правят представления, а не реальность. Но при этом рано или поздно реальность дает о себе знать и дает о себе знать в форме социальных кризисов, в форме финансовых кризисов, в форме революций, и что самое неприятное в форме современной Европы, в форме снижения рейтинга и постепенного затухания экономического развития. Причем, чем мягче организована система, тем труднее привести ее в соответствие с реальностью.
 
+7 985 970-45-45, и буквально последняя тема, о которой я хотела поговорить (может быть, я на следующей неделе ее закончу). Возвращаясь от Европы к нашим грешным пенатам вот я стала думать, какое количество денег российская бюрократия, просто российская система бюрократии губит в России? Сейчас я объясню, что. Не так давно мне стукнуло 45 лет, после чего я обнаружила, что мне надо поменять российский паспорт. Оказывается, российский паспорт надо менять 2 раза в жизни – после 20-ти и после 45-ти. Учитывая, что менять его нужно только по месту прописки, если ты живешь в том же городе и учитывая очереди в наших ЖЭКах, ну, это минимум 3 дня, ну, минимум 2 дня. Ну, будем считать, 2 дня на очередь и 3 дня на то, что ты что-то забыл. Говорят, паспорт можно менять по почте, если ты проживаешь в другом субъекте Федерации. Но я, честно говоря, в этом не сильно уверена, потому что там это дело несколько месяцев занимает. И если кто-нибудь работает в Москве, а прописан во Владивостоке, то, наверное, ему проще полететь во Владивосток и потерять 2 недели. Ну ладно, будем считать, что средний человек тратит 3 дня.
 
Значит, меняет он его 2 раза в жизни, причем, мера эта, ну, абсолютно дебильная, потому что нигде в мире нет внутренних паспортов, а уж тем более меняемых 3 раза в жизни, особенно в наш электронный век. Напомню, в Грузии только что разрешили ездить без прав и без техпаспорта, потому что ты все равно в базе.
 
Значит, надо еще там собирать какие-то справки (так что я думаю, что это даже не 3 дня, а дня 4). Ну, значит, посчитаем. В России 140 миллионов человек, ну, все 140 миллионов доживают до 20 лет, посчитаем грубо. Будем считать, что 100 из них (хотя гораздо больше) доживают до 45-ти. Ну, значит, где-то 250 миллионов. 250 миллионов, ну, средняя зарплата в России работающего человека, очень средняя 500 долларов. 500 долларов – считается, что человек, который зарабатывает 500 долларов, производит внутреннего валового продукта на 3000 долларов. Ну, значит, будем считать, что, все-таки, в среднем, в самом среднем случае российский средний гражданин 100-120 долларов в день производит. Ну, вот, нам предлагается потерять где-то 120 долларов, минимум 3 дня, ну, где-то 400 долларов. Умножаем 400 долларов на 250 миллионов, получается, если я не ошибаюсь (я просто сейчас прямо на слух считаю) где-то 10 миллиардов долларов. Переправьте меня, если я ошиблась. Значит, 10 миллиардов долларов не каждый год, а совокупно теряет наша страна только потому, что каким-то людям пришло в голову переложить одну бумажку из другого места. Причем, это только первый подсчет. Потому что прибавьте сюда пробки, в которых эти люди дополнительно стоят, прибавьте сюда тот изъятый ВВП, который пожирают те девушки, которые занимались бы чем-то полезным, а так вместо этого перекладывают бумажки. И попробуйте (я, может быть, в следующий раз это попробую) прибавить к этому другие такого же рода бюрократические изыски. Ну, те же самые пробки, ну, то же самое количество бумажек, которые нам приходится заполнять. Техосмотр, слава богу, отмененный, и прочее, и прочее, и прочее. Всего лучшего, до встречи через неделю.
 
http://echo.msk.ru/programs/code/820759-echo/#video