Код доступа с Юлией Латыниной.

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа», +7 985 970-45-45 – это смски. И один из первых вопросов от Максима Зиновьева о том, назовут ли заказчиков убийства Анны Политковской и что, собственно, мол, прокуратура имеет в виду под заявлениями о том, что там дядя из-за бугра заказал. Ну, я понимаю, что Павлюченков, которому деться некуда, пойдет на любую сделку со следствием и расскажет, чего было, чего не было. Рассказывать ему, чего не было в техническом смысле, достаточно трудно, потому что там куча свидетелей, как я уже говорила. Там теперь вся эта бригада будет соревноваться, какая крыса сдаст какую крысу первой. Потому что там же все происходило не то, чтобы, как, знаете, в голливудском кино видели – тайна без свидетелей. Там свидетелей куча, соучастников куча, там только оружие от Павлюченкова Хаджикурбанову передавали при 2-х свидетелях. Весь парламент созвать не могли.
 
Понятно, что все они будут валить друг на друга, много нового интересного выяснится. За исключением, разве что, Гайтукаева – Гайтукаев будет молчать. А что касается того, кого там назовет Павлюченков, ну вот мы с моим приятелем Сергеем Соколовым, шеф-редактором «Новой» даже поспорили. Я сейчас на ваших глазах напишу бумажку, на бумажке напишу 3 фамилии. Первые 2 Генпрокуратура назовет, если она совсем глупая, а вторую она назовет, если она совсем умная. И те, и другие фамилии являются, естественно, ложью, потому что мы понимаем, что заказ не из-за какого рубежа не исходил. Но поведение генпрокуратуры, вы знаете, у меня вызывает в первую очередь следующий вопрос. Конечно, все, что утекает от следствия, утекает почему-то после того, как бумаги попадают к Гриню. Дело ведет Следственный комитет, у которого, как известно, вражда с генпрокуратурой. Вот, как только чего утекло, к Гриню. Или бумага, или совещание, так сразу происходит какая-то утечка и в прессу. Вот, я 3 месяца назад знала, что Павлюченкова будут арестовывать. Как-то, вот, ни у кого в «Новой» это в прессу не утекло. А как попадает к Гриню, утекает.
 
И похоже, что в данном случае генпрокуратура преследует какие-то свои цели. Ну, во-первых, конечно, выслужиться перед властями. Что ж говорить-то? Конечно, говорить, что из-за рубежа заказ. Во-вторых, она там сводит счеты со Следственным комитетом, потому что это не является, конечно, развалом дела с технической стороны, но это является развалом дела с точки зрения общественного мнения. То есть сейчас у нас прокуратура скажет, что заказчик – Березовский или хуже, Ахмет Нукаев. Ну, или если она умная, как я уже сказала, она назовет другую фамилию. И тут же вся либеральная общественность горой встанет на защиту бедного милиционера Павлюченкова, на котором, я думаю, там столько заказов, которых он вдобавок не исполнял, а деньги брал, что, как я уже сказала, ему там только говорить и говорить, чтобы остаться в живых.
 
+7 985 970-45-45. Еще несколько историй, которые я пропустила, хотя грех их было не откомментировать. Замечательных историй о том, как сейчас устроен бизнес и жизнь в России. Первую из них лучше всех раскопал Алексей Навальный, это история про нашего мегамодернизатора Вексельберга и здание, которое он купил у Венгерского посольства за 21 миллион долларов, а потом выгодно продал его РФ за 116 миллионов долларов. Собственно, самое замечательное в этой продаже – это не шестикратная разница цен. Правда сказать, что здание, на самом деле, около 40 стоило, то есть там этот кусок пилили 2 раза – сначала с венграми, потом с нашими.
 
Вот, самое замечательное – это протокол заседания правительства, который тоже опубликован Навальным. И, собственно, на этом протоколе и написано, что венгры продают здание, а Минрегионразвития его купит. То есть это не то, что Вексельбергу удалось прикупить по случаю здание, а потом раз и он удивительным чудом выгодно продал его государству. Нет, государство хотело купить здание у венгров, знал это вице-премьер Жуков, который проводил совещание, знал об этом Козак Д.Н., Медведев Ю.М., Басаргин, которые на совещании присутствовали. И вот так выяснилось, что хочет государство купить здание у венгров, но прямо не может – только через Вексельберга. Вот, ты купи за 20, а мы у тебя потом купим за 116. Ну, в точности как с теми самыми злосчастными буровыми установками, которые продавались в Китае по 10 миллионов долларов, но никак не мог Внешторгбанк их купить почему-то по 10 миллионов долларов у Китая, а должен был обязательно купить по 15 миллионов долларов у какой-то Кипрской «Рога и копыта».
 
Кстати, там еще, купив это здание за 116 миллионов долларов, еще порывались выделить на ремонт 1,5 миллиарда рублей. Но тут уж у ребят не прокатило, и, конечно, вот это такая история, когда можно развести руками и просто сказать, что всех этих людей спокойно можно расстреливать в полном составе, ну, за исключением, может быть, Козака, который потом как-то порывался опротестовать эту сделку, клал резолюции «Прошу разобраться».
 
Собственно, это рассказ о том, во что превратится наше Сколково. Так получилось, что я живу не очень далеко, и вот я там как-то сфотографировала, что там строится. А там, собственно, пока ничего не строится – там так поле уравняли и пустота. И вокруг стоят 2 шлагбаума. Там раньше дорога была, а теперь там 2 шлагбаума стоят, стоят у них какие-то люди в устрашающего вида одеждах, в 100 метрах валяются шприцы использованные в канаве (это я, кстати, тоже сфотографировала). Ну и когда эти люди видят, что я что-то фотографию, они мне говорят: «А вы что, шпион?» Я так подумала, странно. Вот я только что была в Сингапуре, там фотографировала местный биополис. Это как раз тоже они гигантское количество денег в Сингапуре вложили, чтобы сделать что-то аналогичное нашему... Вернее, мы делаем что-то аналогичное, пытаемся что-то аналогичное сингапурским и другим наукоградам. Честно говоря, я при всем моем восторге перед Сингапуром с сомнением отношусь именно к этому проекту: я думаю, что если какой-то проект у Сингапура не удастся, то именно этот. Но суть в том, что там, действительно, стоят потрясающие, красивые здания и как-то меня никто не спрашивал, шпионка ли я. А перед этим я была в Австралии у моих друзей в Институте, который занимается молекулярной биологией, что, кстати, высокосекретная по нынешним временам отрасль науки... Ну, пошла, послушала лекцию про гормон роста, показали мне все секвенаторы. Ничего, опять же, у меня никто не спрашивал, шпион я или нет.
 
Кстати говоря, почему я фотографировала эту замечательную сколковскую штучку? Потому что пока первым и единственным результатом существования Сколково, не считая вот этой истории с венгерским зданием, было перекрытие Сколковского шоссе. Я не думаю, что это непосредственно со Сколково связано – это связано, видимо, с тем, что там Абрамович выстроил гольф-поле, ну, еще какие-то важные люди поселились. И обидно: раньше через это Сколковское шоссе машины ездили (все-таки, у нас низкой связанности дорожная сеть), хоть как-то можно было объехать пробку на Минку. А вот как стали строить наукоград, так у нас сразу Сколковское шоссе перекрыли. Причем, поскольку ребятам было делать нечего, как-то надо было это объяснить, то они стали рассказывать, что это не Сколковское шоссе – это техническая дорога Мосводоканала. То есть представляете себе: до перекрестка 50 метров перекрыто с одной стороны, 50 метров с другой. И вдруг выясняется, что отрезок шоссе – это техническая дорога Мосводоканала, причем, докладываю я вам, вокруг с одной стороны поля, с другой стороны поля никакого Мосводоканала не наблюдается и вообще воды не наблюдается.
 
Ну, то есть это было, вот, для удобства Абрамовича и компании сделано. А потом что случилось? Люди пытались это все как-то объехать по полю. Там такие силы тратились на борьбу с несчастными владельцами машин, все время они ехали по этому полю, это поле все время перерывали экскаваторы там, где они ездили, все время ставили какие-то бетонные блоки. То есть за такие деньги можно дорогу выстроить, а не дежурный экскаватор с дежурным милиционером посылать, чтобы народ не ездил там, где он имеет право ездить.
 
Ну и видимо, все-таки, решили бороться с этим кардинальным способом и дорогу перекрыли уже не в одном месте, а в 4-х. И теперь возникает объяснение. Ну, ребят, раньше вы 50 метров посреди дороги перекрыли, объясняли, что это Мосводоканал. А теперь-то вы чего перекрыли? Теперь-то вы чего объясняете? Теперь-то у вас стоят охранники с обеих сторон, никого не пускают и говорят «Это будет государственный объект. А вы что, шпион?»
 
Я думаю, что, действительно, не надо туда пускать людей с фотоаппаратами, потому что снять это и снять, ну, любой сингапурский наукоград или даже китайский... В Китае же, ведь, тоже так делается, только не одним Сколково, а десятками. Там государство создает особые зоны развития, они заключаются в том, что государство выкупает землю, чаще выгоняет с земли крестьян, подводи к ней инфраструктуру и продает все это частным инвесторам. Вот, посмотрите, как это делается в Китае, посмотрите, как это делается у Сколково, и, в общем, все ясно.
 
Собственно, это не единственная история с наукой, которая у нас потрясающая. У нас еще есть другое светило нанотехнологий Анатолий Борисович Чубайс, который тоже нас, грешных осчастливил. Объяснил, что за 700 миллионов долларов Роснано у нас построит в Зеленограде заводик, который будет производить для школьников планшетники всего-то по 12 тысяч рублей штучка, который заменит учебники. Тут мне сразу вспомнился губернатор Калифорнии Арнольд Шварценеггер, который тоже год назад, по-моему, предлагал отменить учебники, заменив их компьютерами. А разница между Шварценеггером и Чубайсом была та, что предложение Шварценеггера бюджету не стоило ни копейки, почему, собственно, и было сделано. Потому что Шварценеггер просто сказал: «Вот, кто хочет, тот может приходить в школу с ноутбуком, куда все закачено». А предложение Чубайса ровно наоборот: «Всех осчастливим планшетниками по 12 тысяч рублей, что ровно на 12 тысяч больше того, что предлагал Шварценеггер».
 
Возникает вопрос. Ну, во-первых, зачем? Пусть кто хочет, приходит со своим планшетником и все. Во-вторых, ну где ж тут рынок? Есть компания Plastic Logic, которая, насколько я понимаю, не самая успешная на рынке, которая этот планшетник, который предлагает Чубайс, обещала произвести еще в 2008 году. Не произвела почему-то. И, вот, теперь Чубайс потратит на этот проект, который 3 года назад оказался неконкурентоспособным, 700 миллионов долларов, а потом еще в ту же бочку данаид ухнут, ну, если умножить количество российских учеников на 12 тысяч рублей, ну, получится еще где-то 150 миллиардов рублей. Ни о каком рыночном спросе речь не идет. Это, вот, тот же бизнес, что поставлять для царской армии сапоги (обыкновенно сапоги гнилые оказывались). Ну и, наконец, 12 тысяч рублей – ну, как-то странно: Kindle в США стоит там от 140 до 180 долларов, причем это в розницу, а не оптом на бюджетные деньги. И как-то, вот, даже поскромничал Анатолий Борисович: ну, почему 12, а почему не 20, почему не 44? Все равно бюджет платит.
 
То есть вот это история о том, очередная история, как российская экономика окончательно превратилась в экономику, которую Белковский назвал «экономикой роз – распил, откат, занос». Вот, просто никаких других содержательных движений у этой амебы не наблюдается.
 
Вот, там можно эти истории пересказывать пачками. Есть история с Федором Хорошиловым. Это бывший менеджер Абрамовича, который взял у ВТБ большой кредит на миллиард с лишним долларов под залог, в общем-то, не очень, как выясняется, существующих или, по крайней мере, разведанных полей в Сибири нефтяных, ну а потом убежал в Лондон с этим кредитом. Как-то сначала РФ пыталась его преследовать и преследует, собственно, там идут суды, но они идут как-то чрезвычайно вяло. Слух ходит, что они идут чрезвычайно вяло потому, что господин Хорошилов угрожает в случае, если суды будут идти громко, рассказать, кому он сколько откатил. Я напомню, что существует, да, такое представление о том, что некоторые наши государственные банки держат специальный внебюджетный фонд, в который откатываются деньги от подобных кредитов, из которого потом платится зарплата, но и не только зарплата, министрам, замминистрам. И понятно, что кредиты при таких условиях выдаются по принципу, кто больше откатит.
 
Собственно, другая история развивается на наших глазах. Мне очень интересно, будут ли, все-таки, менеджеры ВТБ и Центральный банк, и российские власти преследовать в Лондоне Бородина, бывшего управляющего Банком Москвы? Напомню, что после того как Лужков кончился, кончился и Бородин как управляющий Банка Москвы. Банк Москвы перекупили, ВТБ купил 46% Банка Москвы за 103 миллиарда долларов. Ну а поскольку Костин действовал административным ресурсом, а там альтернативные люди платили налом, то пока Костин пытался зайти в банк через переднюю дверь, там все вынесли через заднюю. Выяснилось, что купленный пакет не то, что 103 миллиарда не стоит, но и миллиона тугриков не стоит, и даже одной копейки не стоит.
 
Но там же параллельно произошла вот какая история. Сын президентского полпреда по энергетике Виталий Юсуфов получил в Банке Москвы кредит в 1,1 миллиарда долларов под залог, кстати, купленных им за 40 миллионов долларов убитых восточногерманских верфей, на выкуп 20% банка у того самого Бородина. Выкупил он этот пакет, судя по жалобам Бородина, где-то за 700-750 миллионов долларов. И, вот, кстати, как и в случае с Вексельберговским зданием, судя по всему, сделка с юсуфовскими акциями должна была идти по той же самой схеме. То есть там предусматривалась, так я понимаю, бизнес-проектом пилежка в оба конца. Надо было выждать для приличия год и купить у Юсуфова эти акции там за 2-2,5 миллиарда. Ну, проблема, в банке дыра и, опять же, эти акции уже ни 2-х миллиардов не стоят, ни 3-х копеек.
 
И вот на наших глазах просто элегантно банк накачивается деньгами по льготной ставке так, что у него на бумаге появляется огромная, хотя и виртуальная абсолютно прибыль, и можно-таки будет купить эти акции у Юсуфова, опять же, выждав полгодика-годик, как я уже сказала, с той же мотивацией, что при покупке венгерского здания.
 
Безнаказанность – это, действительно, первая вещь, которая приходит при взгляде на Россию, потому что я уже говорила на прошлой передаче, что когда ты приезжаешь в Китай и тебе рассказывают, что в Китае коррупция (и, действительно, коррупция, потому что в любой бюрократии существует некоторая доля коррупции – коррупция неистребима в бюрократии), и когда ты просишь привести тебе пример, тебе рассказывают, что вот, арестовали министра транспорта, потому что там какая-то была неправильная сделка с Siemens, у него обнаружилось 18 любовниц. Ну, это все хорошо: министра транспорта арестовали, но то, что у них называется в Китае коррупцией и то, что у нас называется в России коррупцией, это 2 какие-то разные коррупции.
 
И самое же смешное, что эта история так проела кости государству, что... Ну, вот, совсем недавно на этой неделе была замечательная история о том, что наш новый глава Роскосмоса господин Поповкин не смог вовремя улететь из Сочи, даже на своем частном самолете, после аварии, потому что его 2 часа продержали без трапа и без разрешения на взлет, потому что там какие-то коммерческие компании выясняли какие-то свои дела. То есть, вот, чиновник не мог, попал в коммерческую разборку.
 
Совершенно в том же роде комичная история, помните знаменитую дачу под Геленджиком за миллиард долларов, которая по мнению бизнесмена Колесникова принадлежит лично премьеру Путину? Так там же, насколько опять же ходят слухи и насколько рассказывает Колесников, долго не могли землю оформить на вот это вот самое подставное ООО. Потому что так работает Россия. И ООО «Индокопас» в БТИ не могли справку взять, пока, якобы, в дело Сечин не вмешался.
 
И, собственно, ведь, предыдущая история, которую рассказывал Колесников про то, как вот та фирма, которую они создавали, должна была на деньги, полученные от откатов, строить завод по производству медицинских модулей, она же из той же самой серии. Я напомню, в чем дело с заводом по производству медицинских модулей. Там сначала у нас была вот эта вот программа модернизации-инновации, и в числе их прочих было по программе медицинского осчастливливания населения, должны были строиться не просто госпитали, а госпитали из этих самых модулей, что в свое время удивило всех специалистов на рынке, потому что из этих модулей никто никогда ничего не строил кроме, ну, временных бытовок. И количество модулей... То есть это просто такая комната, где в стену уже запечатаны все воздуховоды, все подведено. И количество этих модулей, производимых в мире, было значительно меньше потребности России на месяц, согласно этой программе. Программа не была выполнена. Все удивлялись, все думали, что это бюрократический просчет, пока не вылез господин Колесников со своими откровениями насчет геленджикского дворца, и не рассказал в числе прочего, что часть денег должна была идти на строительство завода по производству медицинских модулей.
 
То есть это опять та же самая история, что с планшетниками Чубайса. Есть некий крайне коррупционный проект, при котором с помощью странных компаний, с помощью странных денег строится завод по производству модулей. И есть государственная программа, которая гарантирует спрос на этот завод. То есть все замечательно, тоже пирог должны были съесть с одного конца, но тут просто проблема: завод не смогли построить. Видимо, местные чиновники: «Да? Вы там приближенные Путина? А вы там говорите, что это лично для самого главного? А нам пофиг. А взятки где?» То есть я так себе представляю, как они там наверху сидят и говорят: «Вот, никто не работает, все воруют».
 
И когда возникает всегда вопрос «А как это можно прекратить?», то вы знаете, самое удивительное, что прекратить-то это достаточно просто. Потому что, ну вот да, так устроена современная российская власть. Вот, есть абсолютная заповедь в Кремле, заповедь, видимо, лично Владимира Владимировича, которая заключается в том, что что бы человек ни сделал, его не трогают. В результате люди, ну, совсем пускаются в буйство, у них совсем уезжает крыша.
 
И вот, мне кажется, совершенно замечательный пример о том, что значит воля даже в нашей абсолютно разболтанной действительности. Есть такая республика Кабарда, возглавляет ее Арсен Каноков, крупный бизнесмен, у которого здесь в Москве рынки, у которого в Кабарде гигантское количество бизнеса, который сначала казался очень удачной кандидатурой для республики, но потом выяснилось несколько неприятных моментов. Во-первых, выяснилось (это уже некоторое время назад было), что практически вся экономика республики занимается тем, что производит водку. Причем, люди обнаглели настолько (водочные короли), пользующиеся, естественно, своим союзом с президентом, что они даже когда акцизные марки забирают, они обратно денег с них в бюджет не отдают. Я уж не говорю, что их там печатают кучами, но, вот, просто акцизные марки забирают, а денег обратно в бюджет не платят.
 
Это было первое. Второе оказалось, что вся республика, в том числе и водочная промышленность, обложена данью в пользу боевиков. Это выяснилось, когда одного из эмиссаров боевиков застрелили там уже, по-моему, года 1,5 назад на улицах Нальчика, и у него выяснилось, с собой была книжечка записная, в которой значились крупные суммы денег не только против фамилии Каноков, но и против фамилий других Водочников, например, Бифов. Бифов – это такой был крупнейший водочник там и глава Баксанского района по совместительству. Бифова, якобы, утащили в Москву на Лубянку, спросили «Чего ж ты платишь боевикам?» На что он сказал: «Вот я пришел к президенту Канокову, спросил, чего мне делать, а он ответил: «Заботься сам о своей голове».
 
Ну и третий был замечательный момент, что... А, впрочем, перерыв на новости.
http://echo.msk.ru/programs/code/808239-echo/