Русская идея! Янукович в поисках украинской?

- Познакомьтесь, - сказал Ханин. - Ваван Татарский, один из наших лучших специалистов. А это, - Ханин кивнул на незнакомца, выруливавшего на дорогу, - Вовчик Малой, почти твой тезка. Еще Ницшеанцем зовут.
 
- Да ну это так, хуйня, - быстро пробормотал Вовчик, смаргивая. - Давно это было.
 
- Это, - продолжал Ханин, - человек с очень важной экономической функцией. Можно сказать, ключевое звено либеральной модели в странах с низкой среднегодовой температурой. Ты в рыночной экономике понимаешь немного?
 
- Децул, - ответил Татарский и свел два пальца, оставив между ними миллиметровый зазор.
 
- Тогда ты должен знать, что на абсолютно свободном рынке в силу такого определения должны быть представлены услуги ограничителей абсолютной свободы. Вовчик - как раз такой ограничитель. Короче, наша крыша...
 
Когда машина затормозила у светофора, Вовчик Малой поднял на Татарского маленькие невыразительные глаза. Непонятно было, отчего его называли «малым», - он был мужчиной крупных размеров и изрядного возраста. Его лицо было типичной бандитской пельмениной невнятных очертаний, не вызывавшей, впрочем, особого отвращения. Оглядев Татарского, он сказал:
 
- Короче, ты в русскую идею въезжаешь?
 
Татарский вздрогнул и выпучил глаза. - Нет, - сказал он. - Не думал на эту тему.
 
- Тем лучше, - влез Ханин. - Как говорится, со свежей головой...
 
- А зачем это нужно? - спросил Татарский, оборачиваясь к нему.
 
- Тебе заказ на разработку, - ответил Ханин.
 
- От кого?
 
Ханин кивнул на Вовчика.
 
- Вот тебе ручка и блокнот, - сказал он, - слушай его внимательно и делай пометки. Потом по ним распишешь.
 
- А че тут слушать, - буркнул Вовчик. - И так все ясно.
 
Скажи, Ваван, когда ты за границей бываешь, унижение чувствуешь?
 
- Я там не был никогда, - признался Татарский.
 
- И молодец. Потому что поедешь - почувствуешь. Я тебе точно говорю - они нас там за людей не считают, как будто мы все говно и звери. То есть когда ты в каком-нибудь «Хилтоне» весь этаж снимешь, тогда к тебе, конечно, в очередь встанут минет делать. Но если на каком-нибудь фуршете окажешься или в обществе, так просто как с обезьяной говорят. Чего, говорят, у вас крест такой большой - вы что, богослов? Я 6 тебе, блядь, такое богословие в Москве показал...
 
- А почему такое отношение? - перебил Ханин. - Мнение есть?
 
- Есть, - сказал Вовчик. - Все потому, что мы у них на пансионе. Их фильмы смотрим, на их тачках ездим и даже хавку ихнюю едим. А сами производим, если задуматься, только бабки... Которые тоже по всем понятиям ихние доллары, так что даже неясно, как это мы их производить ухитряемся. Хотя, с другой стороны, производим же - на халяву-то никто не дал бы... Я вообще-то не экономист, но точно чувствую - дело гнилое, какая-то тут лажа зарыта.
 
Вовчик замолчал и тяжело задумался. Ханин собирался что-то вставить, но Вовчик вдруг взорвался:
 
- Но они-то думают, что мы культурно опущенные! Типа как чурки из Африки, понимаешь? Словно мы животные с деньгами. Свиньи какие или быки. А ведь мы - Россия! Это ж подумать даже страшно! Великая страна!
 
- Да, - сказал Ханин.
 
- Просто потеряли на время корни из-за всей этой байды. Сам знаешь, какая жизнь, - пернуть некогда. Но это ж не значит, что мы забыли, откуда мы родом, как негры эти козлиные...
 
- Давай без эмоций, - сказал Ханин. - Объясни парню, чего ты от него хочешь. И попроще, без лирики.
 
- Короче, я тебе сейчас ситуацию просто объясню, на пальцах, - сказал Вовчик. - Наш национальный бизнес выходит на международную арену. А там крутятся всякие бабки - чеченские, американские, колумбийские, ну ты понял. И если на них смотреть просто как на бабки, то они все одинаковые. Но за каждыми бабками на самом деле стоит какая-то национальная идея. У нас раньше было православие, самодержавие и народность. Потом был этот коммунизм. А теперь, когда он кончился, никакой такой идеи нет вообще, кроме бабок. Но ведь не могут за бабками стоять просто бабки, верно? Потому что тогда чисто непонятно - почему одни впереди, а другие сзади?
 
- Во как, - сказал Ханин. - Учись, Ваван.
 
- И когда наши русские доллары крутятся где-нибудь в Карибском бассейне, - продолжал Вовчик, - даже на самом деле не въедешь, почему это именно русские доллары. Нам не хватает национальной и-ден-тич-ности...
 
Последнее слово Вовчик выговорил по складам.
 
- Понял? У чеченов она есть, а у нас нет. Поэтому на нас как на говно и смотрят. А надо, чтобы была четкая и простая русская идея, чтобы можно было любой суке из любого Гарварда просто объяснить: тыр-пыр-восемь-дыр, и нефига так глядеть. Да и сами мы знать должны, откуда родом.
 
- Ты давай задачу ставь, - сказал Ханин и подмигнул Татарскому в зеркальце. - Это ж мой главный криэйтор. У него минута времени больше стоит, чем мы с тобой вместе в неделю зарабатываем.
 
- Задача простая, - сказал Вовчик. - Напиши мне русскую идею размером примерно страниц на пять. И короткую версию на страницу. Чтоб чисто реально было изложено, без зауми. И чтобы я любого импортного пидора - бизнесмена там, певицу или кого угодно - мог по ней развести. Чтоб они не думали, что мы тут в России просто денег украли и стальную дверь поставили. Чтобы такую духовность чувствовали, бляди, как в сорок пятом под Сталинградом, понял?
 
- А где я ее... - начал Татарский, но Ханин перебил:
 
- А это уж, родной, твое дело. Сроку у тебя день, работа срочная. Потом ты мне для других дел нужен будешь. И учти: кроме тебя, мы эту идею еще одному человеку заказали. Так что старайся.
 
Пелевин В. "GENERATION П"
http://www.pelevin.info/pelevin_116_0.html?page=49