Полагаю, что это народоубийство — дело рук не только одной России. Твердо уверен в том, что фактически соучастниками являются многие ведущие страны мира, ибо без их финансовой помощи и обета молчания практически невозможна была ни первая чеченская компания, ни вторая. Теперь же, когда эти и другие факты народоубийства в Чечне стали достоянием гласности, мировому сообществу потребовалось сделать хорошую мину при плохой игре. Но делается это так коряво и с таким бесстыдством, что становится отвратительно до тошноты от действий разного рода «правозащитников» или, вернее, «полузащитников». В этой связи вызывает массу негодования и возмущения откровенное бездействие международных организаций, граничащее с цинизмом, начиная с ООН и кончая ОБСЕ, которые своим бездействием подтолкнули Россию к совершению геноцида чеченского народа.
Но самым большим оригиналом в извращении правды оказалась Русская Православная церковь, руководимая патриархом Всея Руси Алексием Вторым, громогласно объявившим агентству «Новости» 29 апреля 2001 года следующее: « …Правительство России приложило немало усилий для своевременной эвакуации гражданского населения из зоны боевых действий…» — ?!
Как может религиозный лидер таким кощунственным образом извращать самые трагические события, связанные с массовой гибелью людей, тем более, что он наделен российской властью вещать истину от Бога?
Нет, нет и нет! Это невозможно никогда, ни при каких условиях, такое невозможно для человека. На такое способно только существо, имя которому ДЬЯВОЛ ВО ПЛОТИ, каковым на самом деле является Патриарх Всея Руси Алексий Второй. Благодаря этим ДЬЯВОЛАМ в России, на всем пространстве от Камчатки до Смоленщины, от Баренцева до Черного морей торжествует ложь особо крупных размеров.
«Россия — это ложь. Это апофеоз лжи и видимости» — в далеком 1842году сказал французский мыслитель Мишле. Если такое страшное обвинение было выдвинуто России тогда, то, что можно сказать о сегодняшней России, которая, спустя более 150 лет применяет для массового уничтожения невинных жертв самое современное оружие, вплоть до стратегических ракет с разделяющимися боеголовками? Как расценивать современное варварство России?! Пожалуй, к обвинению мыслителя Мишле можно добавить только лишь одну фразу: «Россия — это безумие!»
Майрбек Тарамов
Тактическими ракетами по гражданам Чечни!
21 октября 1999 года произошло событие, от которого мир должен был содрогнуться. По ничего не подозревающим мирным жителям Чеченской столицы был нанесен удар российскими тактическими ракетами класса «Земля-Земля».В тот злополучный день я, Хамзаева Раиса, находилась на Центральном рынке Грозного, торговала мясом. К вечеру, когда все люди, которые торгуют, покупают, работают на рынке, собрались домой, купив еду на ужин, над территорией центрального рынка после внезапной яркой вспышки что-то взорвалось. Это, как позже мы узнали, были нанесены удары ракетами с разделяющимися головками. Таким же ударам подвергся Центральный Родильный Дом на улице Красных Фронтовиков, центральная мечеть недалеко от базара, а также мечеть в поселке Калинина, где мужчины собрались на вечерний намаз.Почти 90% людей, которые находились на территории рынка и в мечетях, были искалечены или убиты. Новорожденные дети и их матери с разорванными телами и оторванными головами, которых взрывом разбросало в разные стороны, лежали бездыханно на улицах и в руинах Центрального роддома.
Я чудом осталась жива, но мне в этот вечер полностью от плеча до кисти раздробило левую руку, выбило глаз, и осколками, насквозь через спину, разорвало живот.
В то время у нас, в Грозном, в связи с военным положением были отключены газ, свет и отсутствовала вода. Больницы автоматически перестали функционировать. Врачи могли оказать только первую помощь: колоть обезболивающие средства или перевязать легкую рану. Поэтому почти все люди, доставленные с рынка, мечетей и роддома умерли в основном от потери крови. Мне можно сказать повезло, благодаря хирургу из госпиталя, который оказался моим родственником. Так я осталась жива. Доктор из своей вены брал кровь, которая по группе совпала с моей, и переливал в мою вену. Потом ему удалось раздобыть где-то генератор электрического света, и он оперировал меня в течение восьми часов.
На третий день, после операции, которая прошла удачно, мы с родственниками попытались выехать из Грозного в Ингушетию, так как боялись оказаться в блокаде российских войск, которые окружали город. Но машину скорой помощи, в которой я находилась в тяжелом состоянии, даже не пропустили на пропускном посту «Кавказ» на границе Чечни и Ингушетии. Нас продержали там двое суток. Через каждые два часа медсестра, которая нас сопровождала, меня колола траммалом и реланиумом. От этих уколов я становилась «деревянной».
Нам ничего не оставалось делать, как вернуться назад. Мы возвратились обратно в госпиталь, который уже начали бомбить российские самолеты. В подвале госпиталя находилось очень много раненых. Медикаменты и перевязочные материалы закончились, а людей лечить уже было нечем. Тогда решено было передислоцировать госпиталь со всем медицинским персоналом и ранеными.
Меня пытались отправить на другой машине в Дагестан, но целый месяц мы петляли по периметру Грозного, так как не могли выехать из-за шквального огня, который наносился на маленькую Чечню. Было такое впечатление, будто каждый квадрат нашей земли обильно поливают огнем и свинцом любого калибра. Ну, в общем, мои раны, без перевязок и лечения стали гнить, и надо было держаться подальше от моего зловонного тела.
Наконец-то, мы смогли попасть на границу с Дагестаном, но никто уже не хотел связываться со мной, наверное, из-за запаха гниющих ран. Мы, уплатив мзду по тысяче рублей на посту Герзель, въехали в Дагестан. Всюду меня сопровождала моя сестра.
В Дагестане мне повезло, потому что моя мать родом из Хасавьюрта. По знакомству меня положили в больницу и предоставили место, в то время как чеченцам категорически было запрещено пересекать границу Дагестана. В больнице я пролежала пять месяцев, а затем еще три месяца дома, у родственников, которые живут в Хасавьюрте. Мое лечение, лекарства и прочие расходы взяли на себя мои родственники.
После долгого лежания и лечения в течение девяти месяцев, я наконец, впервые встала, хотя была сильная слабость и головокружение, а затем смогла уже ходить. Пожив еще немного в Дагестане, я приехала в Баку, где перенесла еще три операции. Хотя у меня ампутирована левая рука и удален левый глаз, я не отчаивалась, и видимо, поэтому находилась в бодром состоянии,
Будучи в больнице города Баку, я неоднократно слышала из российских СМИ о недовольстве руководства России, что в Азербайджане, якобы, лечат боевиков и прочий российский бред. Я, простая жительница Чечни, крайне возмущена этими бесстыдными заявлениями российских убийц, варваров в человечьем обличии. Куда девается совесть у этих нелюдей, да и есть ли она у них вообще? Я, мирный человек, женщина, по вине этих варваров столько перенесла, потеряла руку, глаз, столько выстрадала, а они еще смеют делать какие-то заявления, да еще после такого невиданного злодеяния, которого мир еще не видел.
Ну и что же из того, что боевики? А кто сказал, что воинов, защищающих свое отечество нельзя лечить? Нет такого документа в международной практике! Все это русские сами придумали. Да, чеченские воины в тысячу раз лучше российских нелюдей, уничтожающих всех подряд: женщин, детей, стариков. Об этом народоубийстве я могу свидетельствовать перед кем угодно и когда угодно, перед любым судом, потому что я не только свидетель произошедшего массового убийства, но и пострадавшая. В день моего ранения было убито около трехсот человек — только из тех, которых я знала на рынке. А сколько незнакомых?
Впоследствии я узнала, что грозненский госпиталь, где я находилась после ранения, почти в полном составе попал в тюрьму «Чернокозово». Случилось это так. После того, как чеченское командование дало приказ оставить город, при выезде из Грозного, если не ошибаюсь в Алхан-Кале, весь персонал госпиталя с ранеными был окружен и схвачен российскими войсками. Всех врачей, раненых, истекающих кровью и еле живых, под конвоем повезли в Наурский район и заключили в лагерь. В «Чернокозово» всех раненых и практически весь медицинский персонал во главе с министром здравоохранения Чеченской Республики Умаром Хамбиевым в течение долгих пяти месяцев избивали, пытали, травили собаками, унижали. Женщины, в том числе раненые, которые были с ними, перенесли самые мучительные пытки, плюс к этому их еще и насиловали.
Когда я об этом думаю, мне становится не по себе, и я мучаюсь от того, что я могла там с ними оказаться. Я не знаю, что со мной могло бы произойти в Чернокозово, по всей видимости, я бы умерла, так как в моем состоянии тюрьму невозможно было перенести.
Но Аллах миловал, и я осталась жива, хотя и калека. Так что будем жить…
Свидетельские показания пострадавшей Раисы Хамзаевой.
Из сообщений Информцентра Оперативного
Управления Вооруженных Сил ЧРИ
Вечером, 21 октября 1999 года, в 16 часов 30 минут российские варвары нанесли удар тактическими ракетами класса «Земла-Земля» по наиболее густонаселенным районам города Грозного: Центральный Родильный Дом, Центральный Рынок, микрорайон «Олимпийский», Главпочтамп, по мечети поселка Калинина во время вечернего намаза.
На данный момент опознано 68 трупов в районе Центрального Рынка. В поселке Калинина, мечети и микрорайоне «Олимпийский» разорвавшимися ракетами российского производства убито 41 и ранено 112 человек. В Центральном Роддоме погибло 28 и ранено 95 человек, в подавляющем большинстве – женщины-роженицы и новорожденные дети.
По поступившим данным на этот день сведениям, в общем, в результате ракетного удара погибло 137 и ранено более 260 человек
Газета «Кавказский Вестник» ЧРИ, 1 ноября 1999 года
События в Чечне
16 ноября 1999 г. состоялась пресс-конференция, на которой выступили представители Правозащитного центра “Мемориал”, Комитета “Гражданское содействие” и “Amnesty International”, вернувшиеся из Ингушетии.Пресс-релизПредставители общества “Мемориал” и комитета “Гражданское содействие” с 6 по 14 ноября находились на территории Республики Ингушетия. Работа велась совместно с представителем “Amnesty International”. Были исследованы условия размещения вынужденных переселенцев из Чечни, опрошены вынужденные переселенцы в местах размещения, больницах, на контрольно-пропускном пункте при въезде в Ингушетию, вокзале и т.п.
Мы можем утверждать, что борьба с терроризмом, провозглашаемая руководством РФ как главная цель военной операции в Чечне, обернулась для мирных жителей этого региона России страданиями, гибелью, потерей здоровья, увечьями, разрушением жилищ. На территории Ингушетии число вынужденных переселенцев сравнимо с численностью постоянных жителей республики.
1. Основываясь на показаниях вынужденных переселенцев, собранных независимо друг от друга в разных местах и разное время, мы можем утверждать, что федеральные войска во второй половине октября — начале ноября 1999 г. продолжали наносить неизбирательные авиационные, ракетные и артиллерийские удары по населенным пунктам Чечни, что привело к гибели и ранениям мирных жителей.
Приведем лишь несколько примеров:
— Наиболее известен ракетный удар 21 октября по Центральному рынку города Грозного, в результате которого погибло более 140 человек и более двухсот человек получили ранения. Среди погибших и раненых абсолютное большинство составляли мирные жители, в том числе женщины и дети. Зулехан Асуханова, 14 лет, лишилась правой руки в результате ракетного обстрела города Грозного 21 октября
— Ракетный удар по селу Новый Шарой в ночь с 22 на 23 октября. Из жителей села были убиты и ранены более 16 человек, в том числе дети в возрасте от 8 до 14 лет. Один раненый ребенок — Джовбатыров Султан, 9 лет, находится в Сунженской больнице № 1 (Ингушетия).
— Ракетно-бомбовый и артиллерийский обстрел села Новый Шарой 27 октября, в результате среди жителей села были убитые и раненые, в том числе дети. Один раненый ребенок — Юсуп Юнусович Магомадов, 14 лет, у которого ампутированы обе нижние конечности, находится в Сунженской больнице № 1 (Ингушетия).
— Ракетно-бомбовые и артиллерийские обстрелы села Самашки 23, 25, в ночь с 26 на 27 и в течение 27 октября. В результате этих обстрелов среди мирных жителей села имеется много раненых и погибших. К наиболее тяжким последствиям привел обстрел 27 октября. Например, 27 октября на глазах Хамсат Асхадовны Амаевой взрывом снаряда были убиты ее двоюродная сестра Зара Мутиева и племянница Эмина (12 лет). Снарядом, попавшим в дом семьи Мутиевых (ул. Ленина 19) были убиты Алина Дебришева (12 лет) и Зара Магомедовна Борзоева (47 лет), тяжело ранена Эсила Абуталиповна Дебришева (35 лет), которая сейчас находится в больнице на территории Ингушетии. Были ранены Зелимхан Икун (14 лет), находящийся с ампутированной правой ногой в районной Сунженской больнице №2 в Ингушетии, Мадина Авторханова (22 года), находится с осколочным ранением правого бедра и переломом обеих предплечий в районной Сунженской больнице № 1 в Ингушетии.
— Ракетно-бомбовый удар 27 октября по городу Грозному по улице Ленина в районе магазина “Луч”. СМИ сообщали, что в этот день федеральные войска нанесли ракетный удар по дому Шамиля Басаева. Действительно, в этом районе находятся два дома Басаева. В результате ракетного удара, нанесенного между 11 и 12 часами, эти дома были частично разрушены. Однако этим же ракетным ударом и последующей за ним бомбардировкой были уничтожены прилегающие кварталы — не менее пяти двухэтажных 12-квартирных домов, один пятиэтажный дом и множество одноэтажных частных домов. Среди жителей домов имелись многочисленные убитые и раненые. Кроме того, на расположенной рядом стоянке такси были уничтожены несколько автомашин с находившимися в них шоферами и пассажирами.
— 8 ноября в результате попадания ракеты в жилой дом в пос. Гикало по ул. Рабочей погибли 10 и были ранены 12 человек. Погибли жители поселка Гикало: Арсанукаев Саид , 1977г.р., Сулейманов Руслан, 1977 г.р., Вахаева Роза Исаевна, пенсионерка. Погибли люди, бежавшие из Наурского района: Ханпашев Нурди Ибрагимович, 1953 г.р., Висенгириев Хусейн Вахович, 1973 г.р., Исрапилов Ваха 1976 г.р., Вагапова Раиса Сулеймановна и трое ее детей.
— Судя по показаниям вынужденных переселенцев, удары с воздуха наносятся по любому скоплению в селах автомашин и людей. В частности, есть случаи, когда ракетно-бомбовым ударам подвергались похоронные процессии. Так, 29 октября была обстреляна похоронная процессия в селе Старые Атаги (хоронили Тамару Чинаеву, погибшую 27 октября в Грозном в районе магазина “Луч”), — 3 человека погибли.
В горном селе Итум-Кале 30 октября хоронили людей, погибших при обстреле колонны беженцев на трассе Ростов-Баку 29 октября. При возвращении процессии с кладбища она подверглась бомбардировке. В районной Сунженской больницы № 2 (Ингушетия) находится раненный при этом Салуев Салид Магомед, 1930 г.р., и его сын (в тяжелом состоянии). Кроме того, пострадали еще 5 человек.
— Таус Шаипов, 50 лет и его 8-летняя дочь Ася были ранены во время ракетного обстрела села Гехи 18 октября
Получены сведения о многих других аналогичных эпизодах неизбирательных обстрелов и бомбардировок населенных пунктов.
2. Жители Чечни бегут, спасая свои жизни и жизни своих близких, от бомбежек и обстрелов.
Между тем, “гуманитарные коридоры” для безопасного выхода мирных жителей фактически отсутствуют. Открыты лишь “ворота” из обстреливаемых районов, но нет безопасного подхода к ним. Дороги подвергаются обстрелам и бомбежкам. Наиболее известен случай обстрела колонны беженцев 29 октября на трассе Ростов-Баку. Однако, эта же трасса неоднократно подвергалась обстрелам и бомбежкам, хотя и менее интенсивным, и в другие дни — например, 28 октября, 4 и 6 ноября. Эти обстрелы также приводили к гибели людей. Обстреливаются и другие дороги. В частности, постоянным ударам подвергается трасса, ведущая от села Старые Атаги в горный Шатойский район — в результате жители полностью лишены возможности выехать из подвергающегося бомбежкам района.
3. Выйти из зоны конфликта людям сложнее, чем месяц назад.
С 22 октября по 1 ноября административная граница Чечни и Ингушетии была просто закрыта. Затем вынужденных переселенцев начали выпускать из Чечни, но относительно быстро и беспрепятственно могут выйти лишь люди, идущие пешком. Автотранспорт задерживается у КПП “Кавказ 1” в лучшем случае на несколько суток. Критерии, по которым идет пропуск или задержание на посту федеральных сил, неизвестны. Так, например, его прошли 16 находящихся в федеральном розыске рецидивистов, задержанных затем ингушской милицией.
Проходящие через блок-пост люди жалуются на вымогательство со стороны военных. На КПП “Кавказ 1” идет “фильтрация” потока выходящих из Чечни людей, в ходе которой некоторых из них задерживают и направляют в фильтрационный пункт в Моздоке. О ситуации в этом фильтрационном пункте практически ничего не известно.
Международные организации должны потребовать прозрачности системы содержания задержанных.
4. По данным Миграционной службы Республики Ингушетия на 13 ноября:
— в Республике Ингушетия были зарегистрированы 192800 человек, прибывших из Чечни (45304 семьи);
— в центры временного размещения из Ингушетии выехали 38 человек (11 семей);
— в регионы России к родственникам и знакомым выехали по железной дороге -13807 человек;
— в северные районы Чечни — 7764 человека;
— в Грузию — 1846 человек.
С 1 ноября:
— в Ингушетию въехало 36175 человек;
— из Ингушетии в Чечню выехали 7893 человек;
— в городках вынужденных переселенцев имеется 22 тысячи мест;
— в том числе в железнодорожных вагонах живет около 10 тысяч человек,
— МЧС Ингушетии имеет резерв еще на 8 тысяч мест в палатках.
Между тем, по самым скромным подсчетам сейчас в день на территории Ингушетии оседают 1,5 тысяч вынужденных переселенцев из Чечни. Значительные усилия, предпринимаемые ингушскими властями для обеспечения беженцев из Чечни, позволяют пока лишь не допустить резкого и неконтролируемого ухудшения обстановки. Не хватает палаток и вагонов, а имеющиеся не отапливаются должным образом. Уже сейчас многие железнодорожные вагоны переполнены. В некоторых плацкартных вагонах, в купе, рассчитанном на 6 человек, живут по 12 и более человек. Во многих палатках на десяти местах проживают 15 и более человек. Мы видели палатки, в которых на десяти спальных местах проживали 30 человек. Причем снабжение пищей осуществляется по количеству мест в вагоне или палатке. В городках не хватает питьевой воды. Хотя голода пока не наблюдается, но снабжение продуктами питания явно недостаточно. Пищу зачастую негде приготовить.
В железнодорожных вагонах у города Карабулак, где с конца октября расположены вынужденные переселенцы, централизованное снабжение людей горячей пищей из-за отсутствия газа и воды осуществлялось лишь дважды за весь период.
В городках складываются тяжелая санитарная обстановка. Несмотря на заверения МЧС о том, что в городках работают бани, в реальности люди с момента своего приезда не имели возможности вымыться там ни одного раза. По данным представителя Минздрава России Арсанукаева Магамеда Асламбековича, в городках много случаев педикулеза, все больше появляется больных чесоткой, большинство жителей городков страдают острыми респираторными заболеваниями. Мы видели завшивленных детей. Возрастает количество заболевания дизентерией.
Но особую опасность представляет надвигающаяся зима. Не хватает дров и угля для отапливания палаток и вагонов. В ряде вагонов отопление не работает или испортилось. Не хватает воды, необходимой для работы отопительной системы вагонов. Три дня холодов, обрушившихся во второй декаде ноября на Ингушетию, буквально поставили многих вынужденных переселенцев на грань выживания.
Очевидно, что военная операция в Чечне является вооруженным конфликтом немеждународного характера. Федеральное руководство, называя вопреки очевидности вооруженный конфликт в Чечне “антитеррористической операцией” (в прошлый раз это было “уничтожение бандформирований”), пытается вывести происходящее из контекста гуманитарного права, а тем самым, из-под международного контроля. Между тем, Группа содействия ОБСЕ до сих пор имеет мандат на наблюдение за соблюдением прав человека и норм гуманитарного права в зоне конфликта. Все соответствующие международные организации должны обратить самое пристальное внимание на происходящее на Северном Кавказе и в России в целом.
«Точечные удары»
Конфликт в Чечне – 1999. Неизбирательное применение силы федеральными войсками в ходе вооруженного конфликта в Чечне в сентябре-октябре 1999 г.Предварительный доклад
Составитель А. ЧеркасовПредварительный доклад содержит сведения о некоторых случаях неизбирательного применения силы федеральными войсками в первый месяц вооруженного конфликта, до 21 октября. Правозащитный Центр “Мемориал” продолжает сбор и систематизацию сведений о нарушении сторонами прав человека и норм гуманитарного права в ходе конфликта.
Поскольку материал не вмещается.
то прочитать целиком его можно тут.
[12.08.2011 22:26:15] |
Переглядів: 945
Коментарі