Украина Януковича: стабильность как форма кризиса

Фото Дмитрия Ларина, УП
 
Любая власть вынуждена решать несколько прямо противоположных задач одновременно.
 
Нравиться электорату - принимать популистские решения. Следовать интересам политэкономической элиты - действовать в пользу крупного капитала. Совершать некие непопулярные шаги - осуществлять реформы, благодаря которым, как говорил украинский классик, политик входит, а не вляпывается в историю.
 
Компромиссом в заданной рамке, очерчивающей возможный диапазон действий лидера, служит некий негласный договор, формат взаимоотношений - между властью и обществом, властью и олигархами, властью и оппозицией.
 
Политический режим Януковича за достаточно короткое время приобрел очень понятные внешние формы – стилистику, инструментарий принятия и реализации решений, мотивацию кадровых ротаций и т д.
 
Содержательная, сущностная часть самих основ власти ВФЯ – все равно что невозделанный кусок целины. И что последует или должно последовать за окончательным усовершенствованием командного направления властной вертикали, - не очень понятно. Думается, в том числе и для самой власти.
 
Сила есть. Ума не надо?
 
Предновогодние события, связанные с посадкой отдельных оппозиционеров, неприятием властью какого-либо инакомыслия и силового способа продавливания любых решений, все больше дают повод считать, что Янукович в своей прикладной политической деятельности будет руководствоваться попыткой скопировать персоналистские политические модели двух соседних постсоветских государств – России и Беларуси.
 
По сути, будущее политического режима ВФЯ укладывается в две базовые версии:
 
Либо Виктор Федорович начнет копировать белорусский вариант – политический режим, при котором в стране есть только один институт и центр принятия решений. Александр Григорьевич Лукашенко.
 
Либо президент Украины непременно начнет копировать вариант российский – политический режим, основанный на административном и силовом управлении государством, соблюдении видимости демократии, когда в обмен на обеспечение базовых материальных потребностей общество мирится с отсутствием свобод и политической конкуренции как двигателя процессов.
 
Ожидания именно такого, во многом, инстинктивного политического поведения Януковича предопределяются объективным и субъективным факторами, которые и формируют действительность.
 
Объективный фактор.Период "политической вольницы" и праздников демократии времен постмайданной власти породили в обществе другой запрос – запрос на порядок. А главное – запрос на реализацию обещанных и ожидаемых реформ, вместо которых Ющенко предложил обществу постсоветский национализм.
 
Субъективный фактор. Постсоветское мышление и политический менталитет Януковича формируют понимание президентом эффективности власти как таковой. Эффективная власть – это сильная власть, а сильная власть – это контролирующая власть. Контроль – это самоцель, конечный пункт власти, а не один из элементов управленческого механизма.
 
Еще одно, типичное проявление постсоветского способа управления - страх как главная мотивация, движущая сила в политическом пространстве. Как-то Анна Герман назвала в качестве преимущества действующего президента как лидера опыт поражения в 2004 году.
 
В реале – это стало не преимуществом, а недостатком. Поскольку главным выводом из опыта поражения ВФЯ стал страх. Страх потерять власть. Страх быть униженным. Страх перед оппозицией, олигархами, журналистами, террористами и т.д. Страх непредсказуемого будущего.
 
Отсюда – убежденность, что весь механизм управления должен строиться на боязни. Страх наказания должен стать базовой мотивацией в отношениях с подчиненными.
 
В итоге - повторение Януковичем тех же ошибок что и в 2004 году как единого кандидата от власти, и в 2006 как премьер-министра, и в 2010 как президента. Все те же грабли по монополизации власти.
 
Концентрация власти как самоценность – это ложная политическая потребность. Тем более, что ни российский, ни белорусский варианты не имеют шансов прижиться на украинской почве.
 
Догоняющая Украина
 
Вариант "а-ля Лукашенко" явно не про Януковича.
 
Прежде всего, в силу разных личностных качеств. Он, скорее, больше подошел бы Тимошенко как харизматическому лидеру.
 
Янукович, несмотря на возврат президентской формы правления, не является единственным центром инициирования и принятия решений в стране. Большая часть решений – политического, экономического, кадрового вопросов – так или иначе, связаны с конкуренцией между разными группами-основателями действующей власти.
 
В этом смысле, не сам Янукович как лидер и конструктор процессов, а интересы разных групп из окружения президента задают коммуникативные цели в стране.
 
Та же Партия Регионов (под знаменами которой Виктор Федорович шел к президентству) оказалась, в общем-то, отодвинута как партия от политического процесса. Политическая инициатива формируется как раз внепартийной группой Фирташа-Левочкина.
 
Президент Янукович – это, по сути, некий вариант акционерного общества крупных собственников, активно представленных во властной вертикали.
 
Чего не скажешь про президента Лукашенко.
 
Вариант Украины как России – это желаемое, а не действительное.
 
Невооруженным глазом видно, что ВФЯ копирует атрибуты российской власти. Вертикаль, систему обеспечения - охрану, мигалки, кортежи, отношение к СМИ и т.д.
 
Даже какие-то меры массового характера, адекватные российской реальности и совсем неадекватные реалиям украинским, тут же вслед за РФ дублируются украинским президентом. Это и антиалкогольная кампания - запрет на покупку спиртных напитков после 22.00. И розыск по всему Киеву "лиц кавказской национальности" - хотя проблема экстремизма на национальной почве никогда не была присуща Украине, между разными частями Украины есть глубокие ментально-культурные различия, но украинцы – моноэтничная нация.
 
В политической плоскости копирование РФ проявляется в попытке Януковича отойти от политики идеологического оформления и закрепления власти, выстраиваемой Ющенко, и ставке на мобилизацию элит вокруг экономических интересов и больших проектов. То есть, как в России - политическое начало сделать производным от экономического.
 
Украина как Россия невозможна в силу ряда веских причин.
 
Во-первых, несоизмеримая экономическая база. Проведение агрессивной экономической политики реализуемо только при наличии больших ресурсов, в случае России сырьевых. Высокая цена на нефть – основной элемент российской стабилизации 2000-х. Украина (к сожалению или к счастью) не имеет такого ресурса.
 
Во-вторых, Украина – молодое государство. Здесь нет многовекового страха перед властью, как у россиян.
 
Украинец может уважать власть или презирать ее, но трепетать и раболепствовать перед ней - никогда. Тогда как для человека русского власть – это самая важная, если не единственная, часть политической идентичности. Отсюда - разные модели политической системы - авторитарная модель России и вариант полицентричной власти Украины.
 
В-третьих, разные идеологические (псевдоидеологические) векторы развития государственности. Россия на уровне государственной пропаганды декларирует имперские амбиции, Украина - развивается как национальный проект.
 
В-четвертых,разные механизмы прихода во власть президентов Украины и России, соответственно - и ресурсы легитимации как президентов. Янукович стал президентом, благодаря системе, созданной "оранжевой властью" и опирающейся на политическую конкуренцию свободу СМИ и волеизъявление народа.
 
Медведев стал президентом как преемник Путина, опирающийся, прежде всего, на элитный консенсус (правящий тандем как символ существующего консенсуса).
 
И, наконец, в-пятых, в силу неадекватного восприятия Януковичем современной РФ. Мир - это то, как видит его сам человек. Представление украинского президента о России несколько отличается от настоящих российских реалий. Как и менталитет Януковича – от менталитета Медведева и Путина.
 
Прежде всего, разнится стилистическое оформление властного дискурса. То, в какие словесные формы и конструкции облекаются социально-гуманитарные тенденции и политэкономические процессы, схожие для всего постсоветского пространства.
 
Янукович, на уровне стилистики, тяготеет к прошлому, Медведев – к будущему. Российский президент камуфлирует свою политику под модные слова - айфон, айпод, твиттер, модернизация, Сколково и т.д. Украинская власть – наоборот, и в названиях, и в риторике тяготеет к временам десятилетней давности.
 
Слова Елены Бондаренко об украинских СМИ как пособниках заграницы - неадекватны не с точки зрения отношения власти и медиа или власти и оппозиции, а с точки зрения своей несовременности.
 
Российская власть, по сравнению с украинской, вообще лишена архаики – она не зациклена на теме языка как элемента единого культурного пространства или православия с точки зрения персональной религиозной потребности. Эти вопросы находятся, прежде всего, в политической плоскости.
 
Представить, что Путин и Медведев принимают решения на основе напутствия старцев – в принципе невозможно.
 
Россия Медведева-Путина переживает кризис идеологии и дискурса 2000-х, когда священной коровой была объявлена стабильность, и эта стабильность держалась на нацлидере В.В.Путине.
 
Процессы, происходящие в России за последние два года показали, что установка "стабильность превыше изменений" устарела. Власть не справляется с существующими вызовами, а демонтаж социальных лифтов и публичных политических площадок приводит не к стабильности, а к возникновению дыр во власти и накоплению социального недовольства, которое может взорваться в любой момент, как в случае с декабрьскими погромами на Манежной площади.
 
Украина Януковича – это возврат к середине 90-х, когда на постсоветском пространстве власть повсеместно шла к обоснованию той самой стабильности, как основы политического режима.
 
Зачистка всех конкурентов как залог устойчивости и бессмертия режима - это установка даже "докучмовского периода", допускавшего хоть минимальное проявление политического плюрализма. Это путь к тому, чтобы упорядочивать не движение (как двигатель прогресса), а покой (как невозможность появления чего-либо нового).
 
Кризис стабильности
 
Безусловный плюс режима Януковича – в том, что внутри власти восстановилась коммуникация, и принятые решения реализовываются очень быстро, не застревая во властных лабиринтах.
 
Безусловный минус – в том, что коммуникация между властью и обществом с каждым днем все больше исчезает. Вместо выстраивания обратной связи с народом как залога правильности действий, власть пытается всячески избежать любой обратной реакции.
 
Поэтому, юридическая победа власти почти во всех инициированных ею за год президентства ВФЯ вопросах несет обществу не уверенность в завтрашнем дне, а наоборот – растерянность.
 
По большому счету, ряд значимых решений прошедшего года – продление пребывания Черноморского флота, возврат к Конституции 1996 года, местные выборы, новый Налоговый кодекс, грядущая пенсионная реформа и ЖКХ, уголовные дела на Тимошенко и ее соратников, рукоприкладство в парламенте как способ разрешения политических конфликтов - так или иначе, стали дестабилизирующим фактором. Потому что зафиксировали нарастание разрыва механизма взаимодействия между властью и обществом, а также - неконтролированность ситуации со стороны власти, наличие сбоев, и подавление их административно-силовым путем.
 
Это не значит, что все, что делает Янукович – автоматически плохо. Это значит, что:
 
Во-первых, нет адекватного информационного сопровождения действий, объясняющего логику тех или иных решений – кадровых, политических, экономических, других.
 
Во-вторых, и в главных, нет философии власти, цельности действий, но есть замена их тотальным контролем. Монополизация властных полномочий не перерастает в политику, направленную на выстраивание государства.
 
Понятно, что лучше что-то делать, чем не делать ничего вообще.
 
И если "оранжевая" власть олицетворяла одну крайность – самоощущение того, что она пришла всерьез и надолго, а, значит, можно не спешить вообще с реформированием тех или иных институтов. То власть действующая олицетворяет крайность другую – боязнь все потерять, отсюда установка на то, чтобы по максимуму получить все здесь и сейчас, по принципу "куй железо пока горячо".
 
Абсолютно прав министр иностранных дел Грищенко, когда говорит, что Украине нужна принципиально новая, не чужая, а своя идеология – так как шаблоны внешнеполитической стратегии "прочь от Москвы" и "русский мир" тесноваты для нас.
 
Но признаки появления такой идеологии в какой-либо близкой или далекой перспективе пока и не проглядываются. Нет даже обоснования внутриполитических и экономических изменений, которые проводятся в стране уже сегодня.
 
Отсюда – сомнение в подлинности реформ, которые новая власть решила провести одним махом в наикратчайшие сроки, и ощущение некого политического недомыслия.
 
Ведь, в любом действии важен мотив. Получается, что внешний мотив у Януковича и Ко – угодить Международному валютному фонду, с целью получения очередного транша (на сегодня Украина – второй после Румынии должник МВФ).
 
Мотив же внутри страны – деньги, именно под деньги и формируются внутривластные коалиции. А, в конечном счете, за неподготовленные идеи и решения власти, как всегда, поплатится маленький украинец.
 
Конечно же, драматизировать ситуацию не стоит - критической ситуации сегодня в Украине нет. Но политика Януковича (во всяком случае за первый год президентства) - это путь в никуда.
 
И дело не в том, что перед нами маячит перспектива авторитаризма. А в том, что с точки зрения государства (а не президента, политического класса, олигархов), в стране по-прежнему ничего не происходит.
 

Олеся Яхно, для УП