Правопорядок в Дагестане рухнул, милицию охватывает страх

"Однажды прошлым летом, когда снайперы, засевшие на крышах, стали открывать огонь по милиционерам, жена полковника Мухтара Мухтарова загородила собой дверь и отказалась выпустить мужа из дома, пока он не переоденется из форменной одежды в гражданскую", - повествует корреспондент The New York Times Эллен Барри. Мухтаров безропотно пошел в спальню переодеваться в гражданскую одежду. Его 20-летний сын Гасан, лейтенант милиции, "меняется номерными знаками с друзьями, чтобы его было труднее выследить".
 
Все это свидетельствует о том, до какой степени в Дагестане дестабилизировалась ситуация, полагает издание. По данным местного МВД, за прошлый год были убиты 58 милиционеров, причем многие при исполнении задания или на посту. "Боевики - среди них есть и радикальные исламисты, и неприкаянная молодежь, и обыкновенные преступники, и рядовые бойцы "частных армий" - просто растворяются в городе, и на следующий день в новостях их именуют "неустановленными лицами", - пишет газета. Теперь большинство милицейских машин в Дагестане лишено опознавательных знаков, каждого сотрудника ДПС в Махачкале охраняет спецназовец с автоматом на изготовку, и все же родственники и друзья уговаривают новоиспеченных милиционеров уйти в отставку.
 
"Россия пытается искоренить боевиков-подпольщиков с конца 1990-х, когда сепаратисты переместились в Дагестан с баз в соседней Чечне", - продолжает Барри. Но, поскольку Москва предпочитает изображать этот конфликт не как политический, а как проблему с соблюдением правопорядка, бремя борьбы с ней во многом взвалено на милицию, утверждает Алексей Малашенко из Московского Центра Карнеги.
 
"Эта схватка вызывает негодование общества: после антитеррористических операций часты сообщения о похищениях и гибели мирных граждан, хотя среди толпы людей в масках, увозящих подозреваемых, трудно разобрать, кто работает на федеральные власти, а кто - на милицию", - говорится в статье.
 
По мнению автора, "в культуре, которая значимое место отводит мести, милиционеры в форме стали своего рода козлами отпущения за всех людей в масках - за само правительство - так как они не могут спрятаться".
 
Подполковник Марк Толчинский, официальный представитель МВД Дагестана, не возлагает особых надежд на новые меры безопасности, но отмечает, что желающих служить в милиции не убавилось, так как в Дагестане плохо с работой.
 
Полковник Мухтаров обеспокоен неуважением к блюстителям порядка, но признает, что "часть вины лежит и на милиционерах ввиду их жестокой тактики по борьбе с террористами в минувшем десятилетии".
 
"Но трудно оставаться объективным, когда убивают твоих друзей", - отмечает издание.
 
http://inopressa.ru/article/22Mar2010/nytimes/Dagestan1.html