для старих юзерів
пам’ятати
[uk] ru
Для полноценной работы сайта включите в вашем браузере поддержку JavaScript. В противном случае многие функции сайта будут недоступны

Маркетинг

Маркетинг
– Эй, подходи, покупай! Самый дешевый наш товар!
 
Мордатый детина, кривя рот, истошно выкрикивал эти две фразы. От его вопля голуби, обсевшие ржавые швеллера перекрытий, нервно дергали крыльями и гадили на редких покупателей. На крытом затрапезном базаре, где-то юго-восточнее Киева, уже которое тысячелетие продолжался один и тот же день.
 
За бетонным прилавком стояло трое – упомянутый обладатель мощного голоса, тихонький седой старичок и классическая базарная торговка. Вся троица представляла собой органичную композицию, украшающую картину запустения. Базарчик умирал, тяжело больной от неухоженности и хамства продавцов.
 
Крикливый жлоб занял половину прилавка, оттеснив старичка и тетку по углам. Небрежно наваленная куча товару подтверждала его солидный социальный статус. Жлоб всем телом повернулся к старцу. Видимо его голова не вращалась отдельно от туловища.
 
– Слушай, Колян, ты бабло набрал?
 
Старикашка поправил очки в роговой оправе, поскреб неопрятную шевелюру, щедро обдавшую перхотью замасленный ватник. Жлобяра ждал ответа, редко моргая маленькими глазенками. Колян кряхтел, переминался с ноги на ногу, шлепал оттопыренными губами. Видимо, готовил аргументированный ответ. Наконец процесс формирования мысли был завершен:
 
– Ты понимаешь, Федорович, не дают …
 
Крепкий подзатыльник заткнул оратора.
 
– Колян, старый козел, ты шо, забыл с кем базаришь? Ты эту херню лохам тули, меня грузить не надо. Или не знаешь, что хозяева с нами сделают? Все шо торчит поотрывают к хреновой матери.
 
После последних слов хамоватый Федорович окинул презрительным взглядом высушенного годами Коляна.
 
– А тебе что, старпер! Тебе уже все равно, отрывай что хочешь! Уже не к делу. Га-га-га!
 
– А Вам, вельмишановний пане Вікторе, ще зарано позбавлятися чоловічої гордості. Ви в нас ще о-го-го!
 
Торговка повернулась лицом. Лягушачий рот растянулся в сладострастной ухмылке. На подбородке прилипли скорлупки семечек, которыми она торговала. Справедливости ради надо сказать, что ее бизнес шел препаршиво. Всякий покупатель, имевший неосторожность пройти возле оккупированного нахалкой прилавка, был обруган мерзкими словами.
 
Паршивка плевалась, корчила рожи и кидалась в спины прохожих объедками и гнилым товаром Коляна. В результате столь плодотворной деятельности вокруг её рабочего места образовалась мертвая зона. Даже привычные ко всему голуби, зная отвратительный бабский характер, не рисковали облегчиться ей на голову. Зачем мерзавку держали на рынке знал только Федорович и его хозяева.
 
– Ганька, шо ты расгавкалась? Не видишь, тебя кроме нас с Коляном никто не слышит. Даром напрягаешься. Будут лохи ходить – тогда валяй по полной.
 
– Опа, смотри, смотри – Колян, шо ты ослеп, козлина! Зыряй, опять вчерашние покупатели пришли! Побежал, быстренько, и без них не возвращайся.
 
Действительно, в дальнем конце базара маячили две могучие фигуры. Они бестолково топтались возле прилавков со всякой дрянью и делали вид, что не интересуются жлобским товаром.
 
– Будешь, Ганька, вякать на своем рагульском, получишь в глаз. Поняла?
 
Жлобяра показал Ганьке грязный кулачище. На нем выделялся большой палец с обгрызенным ногтем и траурной каймой, которая как бы намекала на возможный результат контакта с мордой лица.
 
– Ну что вы, ваше величество. Не извольте гневаться.
 
Здоровый лоб выдавил ухмылку:
– Это ты правильно. Мне давеча какая-то старуха нагадала, будто бы я император с четвертым коленом. Хрен его знает, вроде два насчитал, и то – одно болит, зараза.
 
– Давайте светлейший князь, я к коленке вашей сладчайшей приложусь. Авось полегчает.
 
– Да пошла ты, как Колян говорит. Сама знаешь, к чему прикладываться надо.
 
Похотливая Ганька уже собиралась нырнуть под прилавок, как подошедшие Колян с загадочными покупателями отвлек её. Ганька выдала максимально широкую улыбку, затмив знаменитую аргентинскую жабу, заглатывающую добычу вдвое больше себя. Откуда ни возьмись, в голосе зазвучал московский акцент:
 
– Здравствуйте гости дорогие! Хлеб да соль.
 
На проверку дорогие гости оказались лилипутами, на фоне которых сморщенный очкастый Колян выглядел Аполлоном Бельведерским.
 
– Из цирка сбежали, что ли, – прошипела Ганька в немытое ухо Федоровича
 
Тот пнул её под прилавком. Ганька сдавленно пискнула. Федорович с неожиданным проворством вылез из-за прилавка, оттер жирным задом Коляна, и жестом хлебосольного хозяина окинул товар.
 
– Выбирайте, уважаемые, чего душа пожелает. Можно смотреть, щупать, пробовать на зуб.
 
Карлики брезгливо перебирали товар. Младший двумя пальчика выколупал из кучи блестящую штучку.
 
– Что за хреновина такая?
 
– ГТС. Смотри какой – почти новенький, самый толстый на нашем базаре. Давай меняться!
 
– Говно твой ГТС. Мы с Вованом получше склепали. Давай чего другого.
 
– А вот зыряй, какая хренотень – энергетическая безопасность. Бери на здоровье, пользуйся, надолго хватит.
 
Федорович копошился в запасах, выколупывая все новые и новые замысловатые предметы государственного обихода.
 
– Смотри, начальник – завод, много их у меня. Бери любой! Мало одного – хватай десяток, сотню. Не жалко! Хочешь землицы, почти задарма, целый полуостров, а? Только давай меняться.
 
Лицо Федоровича жалостливо сморщилось. Он весь истомился в ожидании хозяйской порки. Сами хозяева уже устали ждать этого обмена и давно грозили ему телесными наказаниями. От злости здоровый детина лупил Коляна и Ганьку, зная, что сдачи от них не получит. За пределами прилавка этот здоровый жлоб не был столь храбр, и даже как-то был сбит на лету в яичных рядах неопознанным предметом хрупкой консистенции.
 
– Ладно, не плачь, – сжалился коротышка.
 
– Заверни мне это, вот то, и того подай. Можешь передать хозяевам – обещанного пришлем, как договорились.
 
Лилипут потрепал жлоба по щечке и вытер руку об штанину. Закидав обменянный товар в бездонный чемодан покупатели взялись под ручки и потопали восвояси. Отойдя подальше, лилипуты обменялись мнениями.
 
– Слушай Вован, как тебе идиот, а? А ты говорил, что Гундяев благодати никакой не имеет, кроме канала на таможне, и то – нашего. А он, видишь – молился, поклоны бил, и Господь благодатный нам дурака послал.
 
– Дурак это ты, Дима. Какой Господь, это точно бес рогатый подкинул. Кто ему кочергу ставил, черт его знает. Но результатище-то! Каков лопух! Ладненько, повысылаем им газку обменного годик, другой; а потом и цену заломим. А товарец-то уже наш!
 
Дима с Вовочкой задорно рассмеялись и вприпрыжку помчались с базара, от греха подальше. Греха конечно не случиться, тупая компашка так и не поняла смысла обмена. Однако Федорович не унывал, дуракам всегда весело:
 
– Коляныч, вали к хозяевам; нет, я сам к ним пойду, порадую кормильцев, а ты вали за пузырем.
 
Тут глазастый Федорович узрел на горизонте некое чудо.
 
– Глянь, Ганька, шахтер с забоя вылез. Не помылся гад, так и прет на базар. Сразу видно – землячок.
 
Ганька посмотрела в направлении указующего перста милорда Виктора:
 
– Да нет, это не шахтер.
 
– А шо то за беда такая черная?
 
– Да это же негр, сэр!
 
– Ух ты, живой негр! Никогда не видел. Пацаны говорили, что из их кожи классный гуталин делают. Колян, сгоняй за макакой, приведи.
 
Замученный беготней Колян оторвался от обслуживания клиентов. Надо сказать, что у его прилавка постоянно толпились плохо одетые люди, которых он оделял чем-то непонятной формы и консистенции. От его продуктов отвратительно смердело, но люди безропотно брали, пихали полученную дрянь в авоськи и кошелки и, тяжело вздыхая, расползались по домам.
 
– Бегу Федорович.
 
Старикашка трусцой рванул за чернокожим, опасаясь за промедление получить смачного копняка. Хлюпая кирзачами по грязи, смешанной с рыбными объедками, он догнал иноземного гостя и бесцеремонно поволок его к хамоватому Федорычу.
 
– Глянь, Ганька, какой черный. Точно калоша, какой папаша бил меня по мордасам. Суровый был мужик. Зато теперь морда – точно каменная, ничем не проймешь, ни пощечиной, ни плевком.
 
Федорович с затаенной завистью посмотрел на иссиня-черное лицо иностранца.
 
– Как звать-то тебя, болезный?
 
– А Бараком все величают, – ответила за негра Ганька.
 
– Ни хрена себе! Не, я такого слова говорить не буду, еще накаркаю, в третий-то раз.
 
Безучастный взгляд Барака скользил по куче товару, в беспорядке раскиданном по прилавку. Хозяева еще не успели прибраться после лилипутских закупок. Вдруг руки его затряслись, и он начал тыкать в какой-то блестящий предмет и лопотать на тарабарском наречии. На диво, заплеванная Ганька понимала его.
 
– Шо он там увидал, Ганька – спроси его.
 
– Говорит уран какой-то.
 
– Колян, кажись это по твоим делам. Шо за ерунда? Почему до сих пор не украли?
 
– Да понимаешь, Федорыч – украсть-то легко, а проку – никакого. Покупатели ненадежные, а вони много.
 
Федорыч собрал складки на лбу, создавая видимость усиленной умственной работы.
 
– Ганька, спроси его – сколько даст за эту фигю?
 
Барак стал махать рукашками, описывая концентрические круги. За замыслом Федорыча они символизировали мешки с деньгами. От изумления он разинул рот.
 
– Барон, нёгра денег пока не дает, говорит, что дома забыл. Обещает, что как домой придет, обязательно поговорит со знакомым банкиром. Тот банкир-миллиардер тебе столько бабла вышлет, что хоть всю жизнь будешь его жевать, им гадить и им же подтираться.
 
– Ух, ты! На, макака, возьми, – Федорович силой засунул Бараку кусок урана.
 
– Ждем, ждем, высылай бабло, а я к этому времени сарайчик под него сколочу, повместительней.
 
Радости Федоровича не было предела. Две удачные сделки за один день. Он ждал этого несколько лет.
 
Барак догнал лилипутов, показал им кусок урана и похвалился:
 
– Смотри, русская свинья, как я лоха по-богатому развел.
 
Лилипуты заржали,
 
– Сам ты лох. За годик-другой мы весь его товаришко к рукам приберем. Тогда тебе к нам идти придется. Так что смотри, не нарывайся.
 
Барак заткнулся и помчался домой хвастаться очередной победой на внешнеполитических фронтах. Вернувшись в Кремль, лилипуты засели детализировать план отъема товара у слабоумной троицы. Федорович, Колян и Ганька объявили всебазарное празднество. Все шло своим путем.
 
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
 
Глубоко заблуждается тот, кто считает, что истинным хозяевам нынешней власти выгодна независимость Украины. Этот миф уже не первый год настойчиво насаждается средствами масс-медиа. Вроде бы как хозяевам крупных производственных мощностей, сосредоточенных в восточных регионах, невыгодно появление "крыши" в лице кремлевских карликов. Скорее наоборот. Этим людям ничего не нужно, кроме дешевого газа и сверхприбылей. Последние являются функцией первых. Более того, любая модернизация – удар по карману, в который поступает львиная доля от заработанного предприятиями. Так уж у нас повелось – от заработанного доллара пять центов рабочему, остальное – хозяину.
 
Так что любое переоборудование производственных мощностей – это в первую очередь отсрочка покупки нового самолета жене, яхты ребенку и прочее, и прочее. С другой стороны украинские (?) олигархи будут счастливы отстегивать толику от доходов в центр ради дешевого газа и эффективного аппарата подавления. Представьте себе – никаких забастовок, журналисты славословят тебя ежечасно, критика только за излишнюю доброту, все поделено, "нездоровая" конкуренция устранена. Взамен – разумная дань и лояльность. Как вы думаете – что победит? Думаю, уже побеждает. Возможно победило.


© Юра Химик [20.04.2010] | Рейтинг: 44.3/67 | Переглядів: 4714

2 3 4 5 44.3/67




Коментарі доступні тільки зареєстрованим -> Facebook-login



загрузка...




programming by smike
Адміністрація: [email protected]
© 2007-2021 durdom.in.ua
Адміністрація сайту не несе відповідальності за
зміст матеріалів, розміщених користувачами.

Будь ласка, увійдіть за допомогою
Facebook-login